Книга Свобода как повод влюбиться, страница 96 – Елена Романова

Я начала с гражданского. Долгое время искала необходимые документы, вываливая на стол свитки и сборники. Наконец, я была готова углубиться в чтение. Начала с простого — рода де Вер. Нужно понять, от кого Роберт унаследовал магический дар. Я просмотрела девятнадцать поколений, узнав «в лицо» почти всех тетушек, дядюшек и пращуров моего подзащитного, однако, среди них распознать мага или ведьму с темной силой было невозможно. Я с безнадежным стоном склонилась над семейным древом, которое я имела счастье изучить еще в поместье де Вера, скользнула по надписи: «лорд Роберт Грей Фрэнсис четвертый, граф де Вер». Вот как-то так. Меня умилило нагромождение его имен, на которое я раньше не обращала внимания. Значит, его можно называть Грей или Фрэн. Очень даже мило. Скользнула взглядом на дату его рождения и замерла. Глаза сощурились, зубы обхватили кончик карандаша и принялись нервно грызть.

— Это ошибка, — прошептала я, водя по надписи подушечкой пальца.

Я распахнула книгу состояний, отыскала его имя и дату рождения, поняв, что там тоже ошибка. Однако ошибиться на год в церковных свитках никто не мог. Значит ли это, что Роберту не двадцать девять, а тридцать лет?

Потерев виски, я вновь распахнула фамильное древо.

— Святые небеса! — воскликнула и едва не вскочила на ноги.

Его мать, леди де Вер, портрет которой я видела в северном крыле, вышла за его отца через год после его рождения. Но почему? Разве это возможно с учетом того, что брак был вынужденным?

В голове мелькнули шальные мысли: «а вдруг леди де Вер и не мать Роберта вовсе? Что если его отец женился, чтобы узаконить отпрыска? Но если так, то Роберт всего лишь бастард?»

С тяжелым сердцем я убирала книги на место, прокручивая в голове, что было бы, если бы эта правда стала общеизвестной? Де Вер лишился бы титула и дела, в которое вложил душу. Он не мыслит себя без плантаций, где воплотил идеи свободы и равноправия. Это его маленький мир, где царят только его законы.

Следующим я посетила магический архив. Стража внимательно ознакомилась с пропуском, но лишних вопросов мне не задавали, поэтому я перешла к самому главному. Я должна была понять, могла ли матерью де Вера быть одна из королевских вед. Вполне разумно предположить, что его отец мог встретить ее во дворце. Королевские веды — это маги, подписавшие контракт на вечную службу и имеющие клеймо. Все остальные колдуны, ведьмы и иные сущности были вне закона, и их истребляли.

Магический архив был самым скупым, ибо информация, собранная в нем, подвергалась жесткой цензуре. Ни одного лишнего слова. Более того, сведения о ведах в период, когда умер король Бенедикт второй, а Георг еще не взошел на престол, отсутствовали. И это доказывало лишь одно: новый король очень не хотел, чтобы кто-то докопался до истины.

Покопавшись в архиве больше двух часов, я направилась к выходу. Но едва сделала шаг, сердце сжалось от тревоги. Передо мной стоял лорд Эстер и увлеченно разговаривал с каким-то человеком. Едва я поднесла руку, чтобы опустить вуаль, он поднял голову, и наши взгляды пересеклись. Я могла лишь рассчитывать, что он не успел разглядеть меня.

Распахнув сумочку, я извлекла бумагу и карандаш и написала: «Лорд Эстер». У самого выхода наткнулась на молодую законницу, скорее всего, студентку.