Книга Всадник дракона, страница 170 – Таран Матару

Руфус был пьян. Он почти не спал прошлой ночью, проворочавшись с боку на бок, а утром вздремнул урывками. После обеда юноша заметил, что рыжебородый наконец-то стал читать дневник Леонида.

— Можно добавки? – спросил здоровяк, протянув свою миску. – В мое время не спрашивали… Не было нужды спрашивать! Мое время… Мое чертово время…

Он говорил невнятно, и тушеное мясо выплескивалось через край миски. Фрида объяснила Джаю, что связанному душой требуется гораздо больше алкоголя, чтобы напиться, чем обычному человеку. Джай понятия не имел, где в повозке Руфус припрятал выпивку, но, судя по всему, он выпил больше, чем вмещала его фляжка.

— Хочешь знать, да? – проворчал бывший стражник. – Это же последняя ночь… и все такое. – Здоровяк ткнул пальцем в Джая. – «Око за око, зуб за зуб». Так говорил Леонид. Империя в обмен на его дружбу. Вот чем я с ним обменялся. А он наплевал… просто наплевал…

Руфус сгорбился на бревне, на котором сидел, кружа пальцем в воздухе. На мгновение его тирада замедлилась, и мужчина сердито уставился на огонь.

Фрида выглядела обеспокоенной. Джай наклонился к ней, ожидая, пока Руфус отвлечется, соскребая рагу со дна миски.

— К утру он протрезвеет.

Фрида покачала головой.

— Ивар бывал таким. Он становился… агрессивным. Лучше не знать, на что способен пьяный агрессивный человек, связанный душой.

Джай поморщился, услышав ее слова.

— Заговор! – объявил Руфус, подняв палец. – Я слышу, видишь? Видишь? – Он выпрямился, и новая волна горькой ярости вывела его из оцепенения. – Так они это называли. Она была всего лишь девочкой! – Он длинно и прерывисто выдохнул. – Я должен был догадаться, – прошептал здоровяк. – Должен был догадаться, должен был догадаться…

Руфус нервно почесал бороду, глаза его забегали. Все произошло так быстро, как будто мужчина только что выпил полбочки пива.

— Болиголов! – ахнула Фрида. – Вот дурак… Он подмешал его в спиртное, чтобы напиться, не теряя ману. Ивар обычно выпивал целую бочку эля до рассвета, но Руфус не мог столько припрятать. Завтра от него не будет толку.

— Так что… я… могу забыть, – возмущенно поднял палец Руфус.

Настроение мужчины было нестабильным, но Джай не смог удержаться от вопроса:

— Что забыть, Руфус? – спросил он.

Юноша знал, что это может лишь еще больше разозлить пьяного мужчину, но самоистязание Руфуса подавило его силу. В ближайшее время он не разнесет их в пух и прах.

Если здоровяк и услышал вопрос Джая, то никак не отреагировал. Вместо этого улегся поудобнее, вытянув ноги к огню. Вскоре послышался тихий храп, затем – более громкий.

Фрида фыркнула.

— Я видела, что делает с мужчинами выпивка… Судя по всему, он уже давно пьет болиголов. Только так мы, связанные душой, можем напиться до беспамятства.

Джай молчал, глядя на уставшее лицо пожилого мужчины. Он задумался, сколько же ему лет. Все знали, что связанные душой живут дольше других и редко болеют. Но Руфус… Казалось, всю свою жизнь он был сильным практиком. Выглядеть таким изможденным, таким разрушенным… В этот момент он казался ровесником Леонида.

Однако Руфус наконец-то раскрыл кое-что из своего прошлого. Могла ли девочка, о которой он упоминал, быть той самой, что находилась в тайной комнате Леонида?

— Ты знала Ивара в детстве? – спросил Джай, стараясь говорить тихо.