Книга Всадник дракона, страница 123 – Таран Матару

Вскоре все прошло.

Джай стиснул зубы… и начал заново.

Ему казалось, что он боролся с муками накопления маны целую вечность, но прошло, должно быть, не больше часа. Наблюдение за тем, как тонкая струйка достигала ядра, обладало почти терапевтическим действием. И все же, когда он снова остановился, на дне крошечного зернышка, которым являлось его ядро, появилось всего лишь что-то вроде осадка. Неудивительно, что у Фриды закончилась мана, хотя он знал, что с более крупным ядром и большей практикой у него будет получаться гораздо лучше накапливать ману.

Джай старался снова и снова – а небольшой запас, который он накапливал, тут же растворялся в теле, словно холодная вода в пересохшем горле.

К этому времени его ядро уже болело. В конце концов, оно представляло собой хрупкую оболочку. Джай посмотрел на спящую Фриду. Даже в ее беспокойном сне он тоже видел боль.

Боль, которая теперь жила в глубине его сознания. Память о братьях запечатлелась в его душе. Их лица, когда меч Тита сделал свое дело… Мерзкие сабиняне отняли их у него.

Джай закрыл глаза и глубоко вздохнул.

Ярость.

Она была мощным мотиватором.

* * *

Джай заставлял себя дышать душой, пока мог терпеть боль; под конец каждый вдох ощущался так, словно он вдыхал толченое стекло и прогонял его по венам. Только тогда он остановился и оценил плоды своего труда.

Юноше удалось накопить небольшой запас маны – впрочем, это была лишь малая толика того, что он видел, когда впервые соединился с Уинтер. И все же за несколько подобных ночей ему, возможно, удастся частично заполнить ядро, восполнив то, что осталось от маны, которую ему передала Уинтер.

Когда он закончил, в «Фениксе» наступила тишина, нарушаемая лишь хрипами и храпом спящих бродяг. Джай не мог определить время, но был уверен, что ему пора смениться, разбудив Фриду.

На мгновение у юноши возникло искушение заглянуть в дневник Леонида. Но, по правде говоря, он все еще боялся читать его. Узнать о последних мгновениях своего отца? О том, как его народ был побежден? Порабощен? Нет, сон был важнее.

Фрида все еще спала. Ее окрашенные чернилами волосы рассыпались по матрасу, а безупречное личико наконец разгладилось и казалось безмятежным. У Джая едва хватило духу разбудить ее, но он знал, что девушке нужно пополнить ману, чтобы не просто блефовать с помощью мерцающей искры, если они снова попадут в засаду. Учитывая, что они планировали путешествовать в темноте, Джаю ничего не оставалось, кроме как осторожно ее разбудить.

К ее чести, Фрида не жаловалась. Вместо этого кивнула Джаю и шепотом поблагодарила его, прежде чем принять позу, похожую на его собственную, скрестив ноги. Она начала ритмично дышать.

Джаю захотелось сразу же заснуть. Он даже пытался это сделать в течение нескольких минут, свернувшись калачиком и используя мешок для овощей в качестве подушки. Но после долгой прогулки через лес он был весь липкий от пота и грязи, а под ногтями скопилась кровь убитой разбойницы – не говоря уже о последствиях очищения тела, которые на нем остались.

Джай знал, что утром не будет времени помыться, да и в ближайшее время поблизости не появится источника воды.

Он встал и спотыкаясь направился к входной двери – настолько измученный, что у него закружилась голова. Достаточно быстро обмыться холодной водой из колодца, обтереться принесенной с собой ветхой мешковиной – и он сможет заснуть. По крайней мере, в этом он себя убеждал.