Книга В плохих парней не влюбляются, страница 131 – Даша Коэн

Лола показательно расплакалась.

— Боже ты мой…, — зажала в шоке рот Наталья Степановна, глядя на меня, как на прокаженного.

— Сынок, что же ты творишь? — прохрипела мать.

Но я все сказал. Да, меня трясло от запредельной дозы адреналина, что бродила в моей крови, но зато я чувствовал такое неописуемое облегчение, что мне хотелось прямо здесь и сейчас сбацать пасадобль.

А-а-а!!!

Но вместо этого я лишь залихватски отдал всем под козырек, затем подмигнул Толмачевой, развернулся и двинул прочь из этого гостеприимного дома, игнорируя вопли отца, что летели мне в спину.

— А ну, стоять, Каха! Я кому сказал?

Да плевать кому. Вообще, уже на все до звезды. Одна задача была выполнена. Теперь оставалось лишь добраться до Крапивиной, а там уже надеяться, что у нее есть уши и мозги. И что она умеет всем этим добром пользоваться.

Хлопнул дверью. Прыгнул в тачку. И погнал к ней, раздражаясь оттого, что мне приходилось то и дело зависать в пробках.

Да еще же и с пустыми руками явиться — это моветон.

По пути заскочил, как и полагается, за цветами. Купил розы. Много. Надеясь лишь на то, что получать ими по лицу будет не больно. А дальше только из пункта А в пункт Б.

Тачку бросил во дворе криво-косо, а там уж на предельном ускорении к ней побежал. Без лифта на тринадцатый этаж. У меня адреналина в крови было столько, что я бы сейчас и на Эверест за ней сбегал и даже дыхание не сбил. Подумаешь, несколько лестничным пролетов съесть — фигня.

На нужном этаже оказался за несколько секунд, но позвонить в дверь Крапивиной не успел. Услышал глумливый смех той самой соседки, которая, завидев меня, пустилась привычно надо мной издеваться:

— О, а вот и ты, голубчик. А я уж и соскучиться успела. Думаю, а где там этот неугомонный касатик пропадает. А он, глянь, за веником бегал. Красивый надергал, молодец. Жалко только, что зря напрягался.

— Снова дома нет? — нахмурился я.

— Снова, — кивнула бабуся.

— Где на этот раз окопалась?

— На соревнованиях она по этому своему… как там? Ну, кия-кия…

— Карате, — поправил я с улыбкой.

— Ага…

— А где оно проходит, не сказала?

— Сказала, — я радостно просиял, но почти сразу же и стух, — в каком-то дворце спорта. А фамилию дядьки, в честь которого этот дворец назвали, я и позабыла. Склероз, что с меня взять?

— Ясно…

Выдохнул я. Старушенция наконец-то отворила свою скрипучую дверь и скрылась за ней. А я пошагал вниз, на ходу решая, что прямо сейчас доеду до ближайшего мобильного пункта связи и прикуплю себе очередную сим-карту, которую еще не успела заблокировать Марьяна.

А там уж снова хотя бы дозвониться до нее рискну.

Но не пришлось.

Стоило мне сбежать вниз и открыть тяжелую подъездную дверь, как я тут же нос к носу столкнулся с ней.

С Крапивой…

Марьяна

Это шутка такая?

Или у меня начались галлюцинации?

Да вроде бы нет. Я сделала шаг назад, пару раз моргнула, искренне надеясь, что картинка перед глазами зарябит и смажется. Но нет. Передо мной все так и стоял собственной омерзительной персоной Каха Царенов. И не один, а с веником. И незамутненной верой в глазах, что он в очередной раз самоутвердится за мой счет.

Я даже смогла улыбнуться, поражаясь этой крышесносной непосредственности.

Нет, ну это надо же. Еще пару часов назад я у него была блохой, которую нужно было травить ядовитым дихлофосом. А теперь полюбуйтесь: царь-батюшка снизошел со своего недостижимого Олимпа до серой и убогой дочери продажной женщины.