Книга Уж на красной сковородке, страница 28 – Валерий Шарапов

— Двенадцать дней назад нас должны были уволить, — печально заметил капитан Буров. — Помнишь, Олег Константинович, Неделин два дня отпускал на поимку. Так и не найден этот наш… как там его, Сайрус…

— Да хоть Майвус, — буркнул Верест. — Зубов его фамилия, и никак иначе. А что до увольнения с позором — так это не заржавеет. Зубов должен быть пойман. Не мог он далеко уйти, здесь он, я чую. Держат его друзья-приятели, от которых он получает весточки. Уедет в провинцию — останется совсем один. Имеются версии, товарищи офицеры, где он может прятаться?

— Документы поменял, — предложил версию Коля Стеценко. — Он просто обязан был сделать себе подложные документы — на всякий, как говорится, случай.

— Рожу тоже поменял? — фыркнул Верест.

— В больнице, например, лежит, — подкинул более разумную версию Буров. — Дорогу переходил, машина сбила, лежит в коме. А мы тут с ног сбиваемся.

— Мимо, — поморщился Верест, — больницы проверили. Лица без документов или без памяти имеются, но это другие лица. Еще версии?

— Убит своими иностранными кураторами, — заявил Стеценко. Он сегодня просто фонтанировал идеями. — Зубов стал для них бесполезной фигурой. Больше вреда, чем пользы.

— Снова мимо, Николай. Неопознанных трупов в стране достаточно. Лица не те. А если лица обезображены, то расхождения с ростом, весом, комплекцией.

— Труп могли закопать, — настаивал на своем Николай. — Скажем, на свалке. Или в лесу. А еще лучше — сжечь, чтобы вообще никаких следов. Вариантов бесчисленное множество, товарищ майор.

— То есть мы забываем, что Зубов не дурак, верно? А он умен, хитер, изворотлив и просчитывает каждый шаг своих оппонентов. Не думаю, что он позволит просто так себя ликвидировать. Да и нужен ли кураторам его труп? Лично я в этом сомневаюсь. Даже в проваленном виде Зубов способен принести пользу. Он ведь — вместилище ценных знаний. Сомневаюсь, что он поделился с хозяевами всем объемом имеющейся информации. Такие люди никогда не разбазаривают козыри, думают о будущем.

— Да все проще, — сказал Буров. — В первый же день после побега связался по телефону с одним из резервных контактов. Американцы уже знали, что случилось с Бейли. Приняли упредительные меры, пока мы раскачивались. Зубова просто вывезли из страны. Дипломатическим багажом, в коробке для посольской почты — как угодно. Помните огромные цинковые контейнеры? Устаревает оборудование — кондиционеры, например, или генераторы, — их не выбрасывают на свалку, чтобы мы не разобрали и не посмотрели, что там внутри, а пакуют в эти контейнеры, вывозят в США и там утилизируют. Вот в таком гробу и вывезли, помяни мое слово. Ах, прости, — вспомнил Буров. — У тебя же чуйка. Здесь он, паршивец, рядом с нами. Тогда элементарно. Дом под снос, заброшенная квартира. За продуктами ходит на местный базарчик, меняя внешность. Очки, фальшивые усы. Такие расселенные дома могут годами стоять. Скажешь, что все проверили? Не поверю. Или просто резервная квартира, о которой он позаботился заранее, где-нибудь на окраине. Квартиросъемщики, скажем, уехали в длительную командировку, участковый не приходит. Схема та же: базарчик, усы, очки. Или набери продуктов впрок и сиди, как медведь…

— Зачем? — перебил Верест.

— Что «зачем»? — не понял Буров.