Книга Уж на красной сковородке, страница 26 – Валерий Шарапов

Тема сообщников оставалась открытой, но, скорее всего, сообщников у Зубова не было. Во всяком случае, по месту работы.

Поиски по горячим следам результата не принесли. Поисковые группы обследовали окрестности «постиндустриальной» зоны. В развалинах нашли плащ и шляпу. Дали понюхать поисковой собаке. Овчарка резво взяла след, добежала до дороги и озадаченно встала. Номер машины, на которой уехал Зубов, животное сообщить не могло.

Ангус Бейли на допросе все решительно отрицал, завел заезженную пластинку о «кознях кровавого КГБ», о грандиозном международном скандале, до которого остался ровно один допрос. Он сообщит своему руководству, сообщит во все мировые СМИ, известные своей объективностью и непредвзятостью. На вопрос: «А такие правда существуют?» — американец демонстративно смеялся, после чего предложил сравнить западные средства массовой информации с советскими — в которых, по его мнению, нет даже намека на правдивость. Он готов подтвердить под присягой: в шпионской деятельности не участвует, никакого полковника Зубова не знает.

Перед иностранцем разложили снимки, на которых была запечатлена его встреча с предателем. Бейли равнодушно пожимал плечами: технический прогресс на месте не стоит. И даже Советам, несмотря на их отсталость, под силу сделать монтаж. Возможно, он когда-то и отдыхал в парке, имел ничего не значащую беседу с незнакомым мужчиной. Что такого? Он любит говорить о погоде, о природе, о прекрасном городе Москве, который, к сожалению, находится в Советском Союзе, а не в другой стране.

Он просто издевался, памятуя о своей безнаказанности! Чего ему бояться? Тяжких преступлений на территории СССР он не совершал, никого не убил, мужеложством не занимался.

Скандал был действительно ни к чему. Под хельсинкскими договоренностями о правах человека стояла подпись и советского представителя.

В телефонном звонке иностранцу не отказали. Примчались возмущенные люди из заокеанского посольства, стали говорить те же слова — о скандале, о том, что мировое сообщество такого не потерпит.

Бейли объявили персоной нон грата и повелели ему в течение суток убраться из страны. От этого, в принципе, ничего не менялось.

— Неправда, Олег Константинович, — яростно возражал Буров, — теперь все поменялось, проделана большая работа. Преступник хоть и не пойман, но уже никогда не причинит вред своей стране. Наши секреты могут спать спокойно. И Бейли не будет шнырять по Москве. Как ни крути, это победа. А Зубова мы поймаем, дайте только срок.

Прошел день, за ним еще два. О Зубове не было вестей. Контроль на транспортных узлах сохранялся, работали спецы и сексоты. Верест подключил к работе архивистов — возникло сильное желание узнать, не обнаружится ли в биографии Зубова что-то интересное.

Любовницу Ирину Любавину задержали еще два дня назад. Блондинка была эффектная, но на допросе в КГБ полностью расклеилась, даже не пыталась изображать из себя пионерку-героиню. Дрожала, хлюпала носом. Она ни в чем не виновата, преступлений не совершала, честно трудится на ниве советской торговли.

Чекисты прятали ухмылки, оставив за скобками резонный вопрос: возможно ли честно трудиться на ниве советской торговли?

Завести роман с женатым мужчиной — разве уголовное преступление? В некоторых странах — да, но мы живем не в некоторой, а в самой прогрессивной стране мира! Конечно, знала, что Зубов женат, даже знала, что работает в органах — по административно-хозяйственной, кажется, линии. Сама не замужем, добропорядочный член общества, в торговом институте возглавляла комсомольскую организацию потока. Чиста, как новорожденный младенец! Посмотрите, разве в ее квартире много дорогих вещей? Следователи снова прятали ухмылки.