Книга Пенрик и Дездемона. Книга 1, страница 111 – Лоис МакМастер Буджолд

Он хотел подняться наверх и взять левее, обогнуть верхнюю часть оползня и затеряться в нижних лесах, после чего как-то выбраться из напоминавшей ловушку долины… Украденная лошадь была очень важна, ведь у него повреждена лодыжка, он не может позволить ей сломать ноги здесь… при таком темпе она вскоре выдохнется, и тогда он вновь сможет ею управлять…

Он забыл про собак. Они погнались за ним, заливаясь лаем, огибая деревья быстрее, чем это могла сделать лошадь. Очень скоро Инглис краем глаза заметил волнистую медную вспышку, а сверху уже слышался низкий, утробный лай Эрроу. Псы погнали лошадь по лесистому склону, словно оленя, и ее молотящие ноги забились с новым ужасом – по вине Инглиса, который вселил в ее смутные мысли видения волков. Так, что, теперь они исказились и отразились в собаках? Вот только олень был создан для этих опасных склонов. А лошадь – нет.

Слева открылся просвет, и лошадь метнулась туда, поскальзываясь на влажной глине, и едва не свалилась со скалы в верхней части оползня, но успела удержаться.

А вот Инглис вылетел из седла и полетел дальше. Мир бешено закрутился вокруг его головы. На мгновение завалы разбитых камней далеко внизу показались ему манящей постелью, обещавшей отдых в конце невероятно долгого дня. Ветка хлестнула его по руке – и рука конвульсивно, невольно сомкнулась. Куски коры и кожи полетели во все стороны, словно из-под напильника кузнеца. Сломалось дерево, Инглис снова перевернулся в воздухе, сжал руку, та рывком выпрямилась, он удержался, соскользнул, перевернулся и сильно ударился боком. Если бы в груди еще оставался воздух, последний удар вышиб бы его. Легкие пульсировали, перед глазами плавала красная муть. Наконец он смог сделать новый вдох.

Потребовалось еще десять вдохов, чтобы он смог поднять голову и увидеть, где приземлился. В футе от его носа начиналась голая скала. Он повернулся в другую сторону – и перед ним раскинулась серая долина. Инглис оказался на неровном уступе в середине отвесного обрыва у начала оползня. Уступ был шире кухонного стула, но не намного, и длиной несколько шагов, однако шагнуть с него можно было только в воздух.

Вскарабкаться наверх нельзя. Спуститься вниз… можно, но только одним способом. Инглис посмотрел на каменное крошево в пятидесяти футах под ним и подумал, мгновенной ли будет смерть, если он упадет. В гарантированной гибели были свои преимущества. В негарантированной – нет. У него уже все болело.

Кожа на ладонях была ободрана, плечо вывихнуто, поврежденная лодыжка… тоже не исцелилась. Без сомнения, синяки будут ого-го. Как ни странно, шея, спина и кости, похоже, уцелели.

В пятидесяти футах над ними раздался жалобный скулеж. Затем лай, не столь запыхавшийся и отчаянный, как прежде… скорее озадаченное тявканье. Что ты там делаешь? казалось, спрашивали псы.

Честно говоря, понятия не имею. Я больше ни о чем не имею ни малейшего понятия.

Он лежал на уступе, сосредоточившись на собственном дыхании. Это уже было достижение.

Некоторое время спустя он заметил, как внизу что-то движется. Слегка приподнявшись, Инглис заглянул через край. Обрыв напомнил ему, как он карабкался на крышу пятиэтажного городского особняка кин Борфордов в Истхоуме, над каменной мостовой. Его подбил на это Толлин. Снизу на Инглиса смотрело бледное лицо запрокинувшего голову чародея. Пенрик тяжело дышал, но в остальном казался обидно спокойным.