Книга Пенрик и Дездемона. Книга 2, страница 210 – Лоис МакМастер Буджолд

Когда его захватили, Пен не понимал, что происходит, но собственная быстрая сдача в плен начала казаться ему несколько трусливой.

Но не мне, вмешалась Дез. Даже твой недалекий шурин-военный предпочтет выжить, чтобы подраться завтра.

И это говорило о… чем-то, раз Пен мог пожелать, чтобы Аделис Арисайдья оказался поблизости. Хотя ответ на вопрос: «Как бы поступил Аделис?» – едва ли стал бы хорошим руководством для Пена.

В любом случае, было очевидно, что за исключением писца пленники другого трюма были зрелыми, состоятельными людьми, которые едва ли годились для рабства, но отлично подходили для выкупа. Без сомнения, именно поэтому их посадили вместе. И они не слишком нуждались в спасении – им предложат спасти себя самостоятельно, за цену, которая болезненно ударит по кошельку, но не по телу.

Пен подумал, чье имя мог бы назвать для выкупа. Только не герцога Джурго; тогда цена будет слишком высокой. И не генерала Арисайдью, по той же причине; кроме того, он слишком близок к Никис. Лучшим выбором будет архисвятой Орбаса, который, невзирая на протесты, отправил Пена в это злосчастное путешествие, а значит, был у него в долгу. Ну… ладно, просьба архисвятого Тригони прислать Пенрика для проверки потенциального кандидата в храмовые чародеи была законным использованием умений Пена. А вот дюжина административных поручений, которые выдали ему оба архисвятых под девизом раз-уж-вы-все-равно-окажетесь-там, вызывала раздражение.

Пен мог легко притвориться любимым писцом своей домашней курии; услышав его имя, начальство само догадается, на какую уловку он пошел. Возможно. Существовало хрупкое равновесие между тем, чтобы предложить выкуп, который превзойдет его стоимость как раба, и тем, чтобы не завысить ставку… Что заставило Пена задуматься о том, какая цена заткнет глотку его похитителям. Какова его цена для Орбаса?

Ниже, чем цена в Орбасе.

А кроме того, бюджет Храма всегда был ограничен.

Эти сестры из Джоконы никак не вписывались в подобные расчеты. Пен задумался, удастся ли ему вписать их в собственный счет: Один заблудший писец плюс две послушницы-сироты из моего Ордена. Едва ли получится представить их как единое целое посреднику, который будет торговаться, потому что пираты прекрасно знали правду.

День тянулся медленно. Еще дважды им кидали еду: немного ячменного хлеба; на удивление щедрую порцию кураги, которая явно была украдена с бывшего корабля Пена. Немного утолив аппетит, девочки решили поделиться со своим новым спутником, и Пен, у которого от голода разболелась голова, согласился. Кожаную флягу подняли наверх и вернули наполненной. В темноте у днища безмолвно умерла крыса, заплатив цену за чистую воду, которой Пен поделился с сестрами.

Когда свет померк, Пен, вместо того чтобы рассказывать слишком откровенные анекдоты про себя, припомнил старые кантонские сказки, которые могли показаться новыми его джоконским спутницам. С ходу переведенные на рокнарийский, некоторые звучали немного странно, однако все равно сработали. Девочки подобрались ближе к Пену, убаюканные переливами его голоса, и в конце концов уснули, свернувшись клубочком, положив головы на его не слишком упитанные бедра. В результате чего Пену вновь пришлось сидеть, опершись спиной о переборку, и размышлять, что с помощью Дез он может заставить некоторые доски борта сгнить и сломаться, однако в море это бесполезно.