Книга Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил, страница 71 – Ангелина Сантос

— Не до конца.

— О чем?

Кайран повернулся.

— О той ночи.

Я сразу напряглась.

— Почему сейчас?

— Потому что если Велара знала, ты можешь решить, что это снимает с меня часть вины.

Я смотрела на него.

— И?

— Не снимает.

Я не ожидала.

— Даже если она намеренно скрыла записи?

— Даже тогда.

— Ты не знал.

— Не знал.

— Тебя убедили, что дети без зверей.

— Да.

— Совет угрожал расколом.

— Да.

— И если выяснится, что это было основано на лжи?

— Я все равно подписал.

Просто.

Тихо.

Без попытки сделать себя лучше.

Я села за стол.

— Тогда зачем говорим?

Кайран подошел ближе.

Не слишком.

Остановился напротив.

— Потому что утром на дороге ты спросила, почему.

— Ты ответил.

— Не полностью.

Я ждала.

Он провел ладонью по затылку.

— Я мог остановить развод.

— Знаю.

— Нет. Я хочу сказать точнее. Не теоретически. Не потому что был Альфой и имел власть. Я действительно мог.

Я молчала.

— После заседания Оскар пришел ко мне.

— В ту ночь?

— Да.

— И?

— Сказал, что если я подпишу, потом не смогу сделать вид, будто Совет заставил.

Я посмотрела на дверь.

Оскар никогда не рассказывал.

— Что ты ответил?

— Что у меня нет другого выхода.

— Конечно.

— Он сказал, что выход есть. Просто мне не нравится цена.

У меня сжалось горло.

— Какая цена?

— Потеря места Альфы.

Я знала.

И все равно услышать было больно.

— То есть ты понимал это еще до того, как пришел ко мне.

— Да.

— Понимал, что можно отказаться от власти.

— Да.

— И все равно принес бумаги.

— Да.

Я встала.

Не могла сидеть.

— Почему ты говоришь мне это сейчас?

— Потому что ты имеешь право знать.

— Семь лет спустя?

— Да.

— Как удобно.

— Нет.

— Тогда зачем?

Голос стал громче.

Я понизила его, чтобы дети наверху не услышали.

— Ты хочешь, чтобы я оценила твою честность?

— Нет.

— Чтобы пожалела?

— Нет.

— Тогда что?

Кайран стоял неподвижно.

— Я устал позволять тебе думать обо мне лучше, чем я был.

Я засмеялась.

— Лучше?

— Иногда ты все еще говоришь так, будто я оказался загнан в угол.

— Ты был под давлением.

— Был.

— Совет угрожал расколом.

— Да.

— Мерс готовился оспаривать власть.

— Да.

— Велара, возможно, скрыла важные записи.

— Да.

— Это и есть угол.

— Нет.

Он произнес тихо.

— Это условия выбора. Не отсутствие выбора.

Я перестала говорить.

Кайран продолжил:

— Я мог уйти с вами.

Слова ударили сильнее всего.

Потому что я слишком часто представляла это.

Семь лет назад.

В первую ночь на постоялом дворе.

В первый месяц в доме Мары.

Когда продавала серьги.

Когда Марк заболел.

Когда Лея впервые спросила, почему у нее нет отца рядом.

Я представляла Кайрана, который выходит из Серого Хребта вместе с нами.

Без титула.

Без Совета.

Просто человеком.

Но он не вышел.

— Да, — сказала я. — Мог.

— Мог отказаться от титула. Передать спор Совету. Пусть выбирали бы другого Альфу.

— Да.

— Я не сделал.

— Я знаю.

Он смотрел на меня.

— Я боялся, что без меня стая развалится.

Я усмехнулась.

— Очень скромно.

— Я был уверен в этом.

— А еще ты был уверен, что мы справимся без тебя?

Кайран побледнел.

— Я старался не думать.

— Вот это честно.

— Да.

— Ты знал, что я уезжаю с тремя младенцами.

— Да.

— Знал, что у меня почти нет собственных денег.

— Да.

— И все равно позволил.

— Да.

— А потом прислал деньги и решил, что сделал достаточно.

— Да.

У меня задрожали руки.