Книга Развод с Альфой. Трое волчат, которых ты бросил, страница 145 – Ангелина Сантос

Я сразу насторожилась.

— Каком платье?

Она посмотрела на меня так, будто вопрос был оскорблением.

— На сегодняшний вечер.

— У тебя есть платье.

— Старое.

— Ты надевала его один раз.

— Два.

— Тем более.

Лея повернулась к Кайрану.

— Папа.

Я указала вилкой.

— Вот. Я же говорила.

— Что?

— Тебе опять что-то нужно.

— Я просто хотела спросить его мнение.

Кайран изо всех сил сохранял серьезное лицо.

— Я думаю, что платье...

Я посмотрела на него.

Он остановился.

— ...которое выбрала ваша мама, наверняка прекрасно.

Лея сузила глаза.

— Трус.

— Опытный муж.

— Бывший Альфа, — поправил Марк.

Кайран вздохнул.

— Спасибо, что напомнил.

— Всегда пожалуйста.

Я улыбнулась.

Сегодня вечером Речной Дол впервые официально отмечал годовщину признания свободной стаи.

Название прижилось не сразу.

Многие вообще не хотели использовать слово "стая". Здесь жили люди, оборотни, бывшие члены разных родов, семьи без зверей и одиночки, которые никогда не принадлежали ни одному Альфе.

Но другого слова, которое одинаково понимали бы соседние земли, мы так и не нашли.

Поэтому в документах появилось:

Свободная стая Речного Дола.

Без наследственного Альфы.

Без обязательной родовой связи.

Главу выбирали на три года общим собранием взрослых жителей.

Первым выбрали не Кайрана.

Он сам настоял, чтобы его имя вообще не включали в первый список.

Это вызвало трехчасовой спор в городском доме и еще неделю слухов.

В итоге главой стала Эна Торн, та самая женщина, у которой дети когда-то оставались во время первого пробуждения Леона.

Она оказалась настолько хороша в переговорах, что через полгода даже Оскар признал, что боится ее больше бывшего Альфы.

Кайран занимался тем, что умел лучше всего после управления.

Защитой.

Он помог перестроить городскую стражу, обучал молодых оборотней контролировать первое обращение, иногда сопровождал торговые караваны через опасные участки дороги. Когда начали приезжать подростки из других земель, которых семьи считали слишком слабыми или неправильными, Кайран организовал небольшую школу возле леса.

Первый месяц он пытался называть это тренировочным двором.

Марк всем говорил, что папа открыл школу волков.

В конце концов победил Марк.

Над воротами теперь действительно висела табличка:

"Школа молодых оборотней Речного Дола".

Кайран делал вид, что его это не раздражает.

Я делала вид, что верю.

— Сегодня во сколько собрание? — спросил Леон.

— В шесть, — ответила я.

— А Норвены приедут?

— Элвар обещал.

— Оскар?

Кайран кивнул.

— Уже должен быть в городе к обеду.

Марк сразу оживился.

— Он даст мне лошадь?

— Нет, — сказали мы с Кайраном одновременно.

— Даже не спросил до конца.

— Два года спрашиваешь одно и то же, — напомнил Леон.

— Сейчас другое.

— Что?

— Я хотел спросить, даст ли он мне проехать до мельницы.

— Нет, — повторил Кайран.

— Почему?

— Потому что в прошлый раз ты решил, что дорога заканчивается слишком быстро, и поехал дальше.

— Я вернулся.

— Через час.

— Лошадь знала дорогу.

Кайран посмотрел на меня.

— Иногда я очень хорошо понимаю, что ты чувствовала все эти годы.

— Нет. У тебя один Марк.

— Очень смешно.

Марк возмутился:

— Я вообще-то здесь.

— Именно поэтому и говорим.

Лея захлопнула книгу.

— Мне нужно платье.

— Нет, — сказала я.

— Папа?

— Даже не пытайся.