Книга Лето в Российской империи, страница 121 – Дарья Кузнецова, Виктор Фламмер (Дашкевич), Игорь Евдокимов, и др.

— Почему убежала? Может, те, кого вы не успели уложить, ее схватили? – решил уточнить Аверин.

Майор только помотал головой.

— С веранды сходни видно. И слышно хорошо. Подойди вторая часть группы на моторной лодке, я бы мотор услышал. А на весельной они бы так быстро не ушли. Берегом пришли. А Мариша точно уплыла. Я и платье ее нашел за мысом, в ракитах. Сама сняла, чтобы быстрее плыть. А потом за мной монахи пришли.

— И с ними вы уже не дрались?

— Нет, только просил скорее позвать отца Сергия. Маришку искать надо было – куда она с дитем? На острове прячется, как пить дать. И не виновата она, клянусь! Зачем бы ей мальчонку того топить? Он нам рыбу свежую носил!

— Так, хорошо. А дальше?

— А дальше пришел отец настоятель, выслушал меня. Но сразу не отпустил, сначала монахов на поиски отправил. А потом вот матушка приехала, и тогда меня и выпустили.

— Потому что я за тебя поручилась. Отцу Сергию-то совсем не то Варфоломей поведал. Но я знаю, что ты Марину ни за что бы не обидел.

— А я что? – Настоятель снова развел руками. – Мне сказали, что майор пьян и буянит. И жену колотит.

— Так, хорошо. – Аверин понял, что выяснение местных отношений может тянуться бесконечно. – Рассказывайте дальше.

— Ну так я и говорю. Выпустили меня, еще людей дали, монахов. Мы пошли на поиски. По всему острову искали: на лодке обходили, пешком смотрели. Нету нигде. Испугалась, спряталась. А потом в сарае у маяка посмотрели, а там лодки нет. И весел. Уплыл на ней кто-то. А кто еще? Мариша. Очень испугалась, бедная. Эти карелы хоть и православные, а дикари, прости господи. – Майор перекрестился. – Если уж собрались мстить за своего, так не отступятся.

— Ясно. А почему вы решили, что напали именно карелы?

— Так одежда на них была рыбацкая. И много тут их, помогают по хозяйству. И паренек погибший был из них.

— Говорили по-карельски?

— Нет, по-русски. Но с акцентом, таким… – Волобуев пошевелил пальцами и, вспомнив, добавил: – И вот Мариша кричала по-карельски: «Рыбаки это!» Ну, карелы, в смысле.

— Ясно. Значит, я правильно понял: двоих майор ранил? – обратился Аверин уже к настоятелю. – А остальные?

— А вот этого не знаю. Думаю, убежали. Надо утром посмотреть среди рабочих, может, господин Волобуев узнает кого?

— До утра они далеко будут, – перебил его майор. – Сейчас надо. И вертолет. Или катер. На Ладоге холодина, а Маришка там с Митей в исподнем!

Настоятель почесал бороду.

— Катер я вам не дам. Толку с него сейчас не будет, тьма-тьмущая, даже луны нет, с двух метров ничего не разглядишь. А вот насчет вертолета мысль здравая, надо звонить в Петрозаводск, пусть оттуда присылают.

— Я могу пока отправить Кузю осмотреть остров. Может, все же где-то здесь Марина прячется. Сама бы она уплыла, хоть с лодкой, хоть без нее. Но с ней маленький ребенок. Ночью на воде застудить его – раз плюнуть. Теплой одежды у них нет, вы сами говорите: даже платье она скинула, и одежда малыша наверняка мокрая. Так что она или в доме у кого-то прячется, или костер разведет.

— Она могла на шхеры податься, – задумчиво проговорил отец Сергий. – Или вот на Путсаари: там церковь, в ней есть печь. Правда, плыть туда на веслах даже днем часа три, а если против волны… С монахами, что ее искали, дивы были, они бы учуяли…