Книга Отказался от жены? Верни мне мои семь лет, страница 138 – Майкл Скофилд

Это было точнее всей моей злости.

Я не знала, отдала бы когда-нибудь часть жизни мужу добровольно.

Возможно.

Но это должен был быть мой поступок.

Не функция брачной печати.

Когда вернулась в кабинет Саймона, Адриан уже был там.

Его вызвали отдельно, потому что документы касались не только меня, но и его статуса получателя стратегических единиц.

Он сидел рядом с Крастом Лейном и читал тот же протокол.

Я вошла и остановилась.

Адриан поднял голову.

По его лицу было ясно, что он дошел до части о супружеской несовместимости.

— Ты уже читала?

— Да.

Он посмотрел обратно в документ.

— Они знали до нашей свадьбы.

— Да.

— Четыре года.

— Да.

Краст тихо сказал:

— Мы еще не знаем, насколько полно эти выводы применялись к конкретной форме Ревалей.

Адриан резко повернулся.

— В моей форме стоял тот же ОП-1-С.

— Я не спорю.

— Ее медицинские карты классифицировали по инструкции, созданной после этого протокола.

— Да.

— Что еще тебе нужно?

Краст ответил спокойно:

— Мне как поверенному — точность. Именно она защищает и вас, и Ливию.

Адриан закрыл глаза.

— Хорошо.

Я села напротив.

Саймон дождался.

— Теперь следующий вопрос. Прокуратура считает, что доказательственная база по существованию централизованной программы, знанию ее жизненного механизма и осведомленности руководства о медицинских рисках достаточна для предъявления процессуальных претензий конкретным должностным лицам.

— Норну? — спросила я.

— В том числе.

— Он уже обвиняемый?

— Пока будет вызван для официального допроса и ему вручат уведомление о проверяемом статусе. Решение о мере ограничения примут после допроса и анализа части переписки.

— Но к финальному слушанию доказательства уже готовы?

Саймон посмотрел.

— Для вашего гражданского дела о полной реституции — более чем. Для уголовного приговора потребуется отдельный процесс. Не путайте финал своего требования с финалом всего уголовного дела.

Я кивнула.

Это важно.

Наша история не должна была ждать несколько лет до окончательного уголовного приговора Норну.

Мне достаточно было доказать незаконность долга и право на возврат.

Государство потом разберется с наказанием.

— Есть что-то еще, что необходимо искать для моего дела? — спросила я.

Саймон задумался.

— Ключевых пробелов по механизму больше нет. Могут появиться дополнительные свидетели, переписка, уточняющие документы. Но для вашей реституции цепочка уже собрана.

Я почувствовала странное облегчение.

Вот он.

Момент, когда больше не нужно искать новую тайну.

Мы знаем, как забрали.

Кто создал систему.

Как ее учитывали.

Как маскировали последствия.

Что руководство знало о вреде.

Оставалось довести дело до решения.

И вернуть последний год.

Адриан задержался после остальных.

Саймон ушел на совещание.

Краст отправился готовить документы по внутреннему слушанию Ревалей.

Мериса спросила, нужна ли она мне.

Я ответила, что нет.

Мы остались вдвоем в пустой переговорной.

Адриан держал перед собой копию протокола девятилетней давности.

— Они обсуждали отказ супругов, — сказал он.

— Да.

— И решили, что информирование снизит участие.

— Да.

— Я семь лет считал, что наша печать защищает тебя.

Я помолчала.

— Она действительно защищала в других частях.

— Не помогает.

— Не должно.

Он провел ладонью по лицу.

— Я хочу подписать согласие на седьмую реституцию сейчас.