Книга Предел доверия, страница 81 – Лисавета Челищева

Пьяный запах её разгорячённого тела ударил в голову и требовал одного — взять её, трахнуть так, чтобы она забыла собственное имя.

Я сжимал её талию одной рукой, а второй уже скользнул между бёдер, туда, где было горячо и влажно. Она задрожала и попыталась отстраниться, но я прижал её к себе ещё крепче, не давая шевельнуться. На мгновение она замерла и перестала сопротивляться, только смотрела на меня блестящими от слёз глазами, и от этого взгляда возбуждение накрыло меня с головой ещё больше.

Карина была первой, кого я подпустил к себе так близко, первой, кому позволил жить в этом доме. Другие музы жили в арендованных апартаментах, ей я позволил жить в своем доме, откуда она так яростно желала убежать. Любая другая уже поплатилась бы за такую дерзость, но с ней всё вышло иначе, и я сам не понимал до конца, почему.

Я сосал и кусал её губы, пока они не распухли, потом сжал её щёки пальцами, заставляя приоткрыть рот, и протолкнул язык внутрь — вылизывал, пробовал на вкус, изучал. Она цеплялась за мои волосы, пыталась отвечать, но я контролировал каждое движение, не отдавая ей инициативу.

Когда она забарабанила ладонями по моим плечам, показывая, что задыхается, я просто подхватил её под ягодицы, заставил обхватить меня ногами и понёс в ванную, не отрываясь от её рта.

Включил душ и прижал её спиной к плитке. Вода полилась на нас сверху, стекала по спутанным волосам, по обнажённой коже, и я отпустил её губы только когда почувствовал, что она вот-вот потеряет сознание. Карина судорожно вдохнула, её лицо раскраснелось, нижняя губа была прокушена, и на ней проступила капля крови. Я провёл по этой капле большим пальцем, размазывая по коже, и сказал то, что она должна была услышать:

— Я уже говорил, что накажу тебя. Не смотри на меня так. Я не собираюсь заниматься с тобой любовью. Я трахну тебя. Трахну так жёстко, что твоя душа содрогнётся и будет умолять меня остановиться.

— Нет, Демир, пожалуйста, не надо так.

Но вместо того чтобы оттолкнуть меня, она вдруг подняла ладонь и осторожно коснулась моей щеки. Её пальцы были холодными и мокрыми, и это простое, робкое прикосновение с её стороны заставило меня замереть. Карина гладила мою скулу так, будто пыталась успокоить дикого пса, который сорвался с поводка и уже готов был вцепиться ей в горло.

— Ты можешь быть другим, — прошептала она. — Я знаю, что можешь. Я видела это. Там, на террасе, когда ты спрашивал разрешения поцеловать меня. Когда ты лежал рядом и обнимал меня, пока я засыпала. Ты не обязан быть таким жестоким. Я могу научить тебя нежности, если ты позволишь.

Её слова задели что-то. Какой-то нерв.

Я закрыл глаза и прижался лбом к её лбу. Вода стекала по нашим лицам, и я чувствовал её дыхание на своих губах — частое, неровное, но она не отстранялась. Она ждала.

— Ты не понимаешь, — прошипел я. — Если бы я мог выбрать другой путь, я бы выбрал. Если бы существовал иной способ разбудить тебя без боли, я бы им воспользовался. Но его нет. Ты должна пройти через это.

— Через что? О чём ты говоришь?… Я не понимаю тебя.

— Через боль, — ответил я, поднимая голову и глядя ей прямо в глаза. — Через неё ты станешь собой. Той, кем была до всего. Той, кого я ищу уже очень долго. Ты сильнее, чем думаешь, но твоя сила спит, и разбудить её можно только одним способом… Сделав тебе очень больно.