Книга Сердце лета, страница 41 – Хелена Хейл

— Ты вернешься? – спросила Аня.

Вопрос поставил меня в тупик. С чего бы мне не вернуться?

— Да… но, если вдруг не вернусь, не труби об этом дедушке.

— Я что, больная?! Но я буду переживать, так что аккуратнее…

Дождь утихомирился и теперь мерзкими крапинками падал на волосы и голые ноги, ночной ветер пробирал до костей, и я поплотнее укуталась в джинсовку. Олег стоял у калитки, засунув руки в карманы серых спортивок и улыбаясь.

— Я успел! – громким шепотом воскликнул он.

— Успел? Что ты вообще здесь делаешь?! – шикнула я.

Слава богу, он был на машине! Не знаю, что ему было от меня нужно, но находиться на улице дольше пяти минут в легкой куртке я не собиралась.

— Твой день рождения! Еще десять минут! Ты что, в пижаме? Садись в машину.

Какой он сегодня многословный. Я плюхнулась в машину и принялась растирать плечи. В салоне было так тепло, что через пару минут я сняла джинсовку, в очередной раз забыв, что на мне нет бюстгальтера. Скрестив руки на груди, я обернулась к севшему за руль Алику.

— Так ты объяснишься?

— Давай для начала попробуем выехать из этой грязевой ванны.

Пока машина раскачивалась из стороны в сторону, а колеса раскидывали комки грязи, я молчала и смотрела на небо. Оно расчищалось после грозы, тучи постепенно расходились. Да, такого количества звезд не увидишь в городе никогда. Казалось, что, пройдя по полю, можно ступить на Млечный Путь и шагать по звездам, настолько они были яркими и близкими. Нас резко дернуло вперед, затем Алик прокрутил руль, и мы выехали на дорогу. Точнее, на относительно сухую поляну.

— Я жду, – напомнила я.

Рядом с Олегом внутри у меня творилось невероятное. Я и боялась оставаться с ним наедине, и наслаждалась трепетом близости. Не понимала его мотивов и не позволяла себе надеяться. Я была неопытна, и эти новые чувства вызывали как беспокойство, так и восторг. И все же я на всякий случай дернула дверную ручку, чтобы убедиться в том, что она не заперта.

— Не доверяешь мне? – хмыкнул он.

Лунный свет коснулся его шрама и уголка губ, и это отозвалось легким покалыванием в ладонях.

— Просто никак не могу тебя понять.

— И не нужно. Зачем все анализировать? Ты ведь села в машину по своей воле, значит, тебе нравится проводить со мной время. Я прав?

Щеки тут же вспыхнули. Я была готова возмутиться, но что тут спорить – в его словах есть логика!

— Мне… любопытно. Если ты не заметил, я со всеми деревенскими в отличных отношениях. Кроме твоей чудесной сестрицы.

И вновь при упоминании Кристины Алик вмиг сморщился.

— Ага, особенно с Васильевым.

— В смысле?

— Да ведь он по уши в тебя влюблен, глупая. Еще скажи, что не замечала.

Я поперхнулась. Что? Влюблен?! Зачем он вообще несет эту чушь!

— Во-первых, ты несешь бред. Во-вторых, ты приехал, чтобы поговорить обо мне и Вове?

— А естьо чем говорить?

— Красильников, черт тебя дери!

— Ладно, прости. – Он рассмеялся басистым, хриплым смехом. – Ты поверишь, если я снова скажу, что мне с тобой спокойно?

— Что‐то случилось?

Алик нахмурился и повернул вправо. Дорога шла через лес, и нижние ветви деревьев с громким шелестом задевали крышу автомобиля. Мы выехали на небольшую лужайку, которую я сразу узнала. Здесь висели лучшие качели деревни. Лет восемь назад кто‐то привязал их к ветке древнего толстого дуба. Веревки, похожие на канат, были длинными, а сиденье таким широким, что на нем спокойно могли кататься двое людей.