Книга Лето, хлопья, баскетбол!, страница 29 – Дженнифер Энн Шор

— Круто, – сказала я, чувствуя примерно сорок кило облегчения от того, каким выдался этот разговор.

Я посмотрела на часы и поняла, что скоро встречаюсь с Джереми.

— Это все?

Мама потянулась и взяла меня за руку.

— Конечно, милая. Мы просто хотели убедиться, что ты не против.

— А с чего бы? – спросила я резче, чем намеревалась.

— Мы много думаем об этом и говорим о будущем. И считаем, что впоследствии, если Кори еще будет интересно, он сможет перенять у нас бизнес.

Я притопнула ногой, жалея, что не отправила Джереми смс до того, как спуститься.

— И опять-таки, почему я должна быть против?

— Ну, просто, когда мы спрашиваем тебя, чем ты хочешь заниматься, ты всегда отмалчиваешься.

— Я не отмалчиваюсь, – огрызнулась я. – Меня просто достало, что вы меня вечно об этом спрашиваете. Я миллиард раз сказала, что не знаю.

Папа вздохнул.

— И это совершенно нормально, Анна. Ты еще юна. У тебя есть время, мы просто пытаемся помочь. Вам обоим. Но если Кори будет играть более важную роль, это может помешать твоей реализации или преуменьшить твой вклад. Если ты этого хотела.

Я взглянула на Кори, тот скрестил руки на груди. Он злился – полная противоположность его настроению до того, как я вступила в разговор. Я поняла, что все ему порчу, случайно переводя разговор на себя. У него раздраженно раздувались ноздри, и я восприняла это как сигнал заткнуться и свалить.

— Я не против, – сказала я, следя за тоном. Родители посмотрели друг на друга, и прежде чем они попытались еще раз объяснить мне свои тревоги, я заговорила снова: – Мне кажется, это победа для семьи. Спасибо, что сказали, но мне пора.

Три пары глаз следили за мной, пока я шла к парадной двери.

Через несколько минут, срезав путь по тропинке, где меня забрал Джереми, я в некотором замешательстве изложила ему наш разговор.

— Они так нервничали, когда мне об этом говорили, как будто я выколю им глаза кухонным ножом.

Джереми убавил музыку кнопками на руле.

— А ты раньше с ними об этом говорила?

— Про бизнес – нет, – объяснила я, закрывая форточку. – Но про их бесконечные расспросы о моем будущем – да. Такое чувство, что это каждый день происходит. Меня так достало!

— Почему?

Я прикусила щеку.

— Мне просто кажется, что все пытаются на меня надавить и заставить принять решение, выбрать для себя будущее. Я еще не поняла, и, что важнее, – не хочу.

— То есть ты не хочешь принимать решений, и поэтому мы здесь? Ты поняла, что это обернулось против тебя, поскольку все вокруг что-то планируют и испытывают, а у тебя ничего нет?

В чем-то он был прав, но от этого мне было не легче слышать такие слова.

Я прикусила губу, заставляя себя смотреть в окно.

— Людям надо что-то давать, Анна, иначе от тебя не отстанут.

Джереми положил ладонь на мою ногу, скользнув пальцами под ткань платья.

— Джереми!

Я схватила его руку, не давая ей двигаться выше, и он рассмеялся, успешно выдернув меня из приступа задумчивости.

Я сплела наши пальцы.

— Подумай об этом, Анна.

— Хорошо, – пообещала я. – Спасибо, что выслушал.

Он поднес мою ладонь к губам и несколько раз поцеловал тыльную сторону, а я с удовольствием поняла, что он тоже уделил время внешности. Я заметила, что он выбрит, еще когда прыгнула в машину и перегнулась, чтобы поцеловать его в щеку, прежде чем пуститься в рассказ о родителях и Кори. Кроме того, он надел свои лучшие джинсы, потертые и с заниженной талией, а еще серую рубашку на пуговицах.