Книга Собственность заключенного, страница 84 – Ядвига Благосклонная

— Нам нужно остановиться. А то мы навсегда застрянем в этой машине.

— Ну и пусть! — игриво проведя плечом, хихикаю, на что Дамир не больно кусает меня за шею.

Мы еще немного заигрываем, не переставая друг друга касаться. Мне мало Дамира Бахметова. Хочу всего его.

— Так, пташка, одеваемся! — командным тоном отрезает, буквально с угрюмым выражением лица отрывая от меня руки.

Помогает мне надеть белье и свитер. Пока я справляюсь с юбкой и колготками, приводит себя в порядок. Кидаю взгляд на себя в зеркало. На голове воронье гнездо, губы припухли от поцелуев, на шее виднеются несколько засосов, которые теперь придется замазывать тональным кремом. Вот же дикарь!

— Вот зачем ты мне засосы понаставил?

— Чтобы всякие операторы знали, что тебе не скучно и не одиноко.

Гаденыш ни капли не раскаивается. Напротив выглядит до неприличия довольным, еще и лыбится, как Чеширский кот.

— Ты варвар, Бахметов!

— Не варвар, а собственник. Не хватало еще, чтобы всякие хмыри к моей женщине свои яйца подкатывали.

Сердце пробивает удар от слов «моя женщина». Мне до сих пор не вериться, что он приехал, что сейчас со мной, а не все это мираж или плод моей бурной фантазии.

— Так значит, ты ревнивый? — кокетливо взглянув на него из-под ресниц, воркочу.

— Сам в шоке. Но тебя ж ни на секунду оставлять нельзя. Только отвернулся, а там уже всякие Пети, Васи и остальные парнокопытные.

— Ну здесь дело в доверии. Какая разница сколько их, если я с тобой?

Прикрываю рот ладошкой, ошарашено моргая, словно сама не могу поверить в то, что ляпнула. Конечно, мы о многом говорили и Дамир просил ждать и все такое, но мы никогда ничего не обозначали конкретно.

Бахметов глядит на меня так, будто я центр его вселенной. Обожание, страсть и голод в его глазах неподдельные. Такое невозможно сыграть. Решительно он заявляет:

— Моя. Ты моя, Женя Архипова. А я твой.

Мы снова целуемся, как безумные. Не можем насытиться. Два человека совершенно потерявшие голову от любви. По крайне мере я точно.

Неохотно отстранившись, Дамир убирает свои руки от меня. Вероятно, чтобы удержаться от соблазна снова стянуть с меня одежду.

Кидает взгляд на наручные часы и с горечью заключает:

— Пора.

Даже не скрываю печального вздоха. Угрюмо кивнув, тянусь к пальто, но Бахметов неожиданно его у меня забирает со словами:

— Тут моя вещь.

Недоуменно таращусь на мужчину, когда он достает складной нож из кармана и начинает по шву разрезать мое пальто.

Черт! Да он спятил, что ли?

Разрезав пальто, Дамир залазит рукой внутрь подкладки. С крайне серьезным видом там что-то ищет и, что удивительно, находит. Он достает флешку. Из подкладки моего пальто.

— Ч-что это?

— Флешка. Помнишь, я заставил тебя поменять одежду в банке?

Заторможено киваю.

— Мне нужно было, чтобы кто-то вышел с ней. Нас могли поймать, но это, — он с довольной улыбкой трясет флешкой в руке, — это должно было любым путем оказаться за пределами банка.

— Так я тебе для этого была нужна?

Пазл начинает складываться в картинку. Его странные действия, приказ переодеться, что тогда вообще выглядел абсурдом.

— Ну я уже тогда на тебя запал, — пошловато играет бровями, — но вообще — да. Заложники не подходили. Они были слишком напуганы. К тому же, если бы мы кого-нибудь их них выделили, возникли бы подозрения. Другое дело журналист.