Книга Сладкая ягодка. Горький огурчик, страница 17 – Ольга Дашкова

Его поцелуй жадный, почти отчаянный, и я отвечаю с такой же страстью. Руки сами тянутся к его плечам, пальцы впиваются в рубашку. Кожа под тканью горячая, мускулы напряжены, и от этого у меня все переворачивается внутри.

«Нина, очнись! – кричит остатки разума. – Ты же знаешь, чем это кончится!»

Но тело не слушается разума. Я вся горю, словно меня охватил огонь. Марат целует так, словно это последний поцелуй в его жизни, а я таю в его объятиях, как масло на раскаленной сковороде.

Его рука скользит по моей спине, поднимается к затылку, пальцы запутываются в косе. Он слегка откидывает мою голову назад, обнажая шею, и я задыхаюсь от острого удовольствия. Косынка соскальзывает и падает на пол, но мне все равно.

Марат переходит поцелуями на шею, его губы обжигают кожу, язык находит самую чувствительную точку под ухом, и у меня подкашиваются ноги. Я стону, запрокидывая голову еще сильнее, и чувствую, как он улыбается, прижавшись губами к моему горлу.

— Ты такая красивая, – хрипло шепчет он, и от его голоса по всему телу бегут мурашки.

Руки Марата опускаются ниже, обхватывают талию, затем бедра. Он приподнимает подол платья, прижимает меня к себе так крепко, что я чувствую его член. Твердый, горячий. И от этого я окончательно теряю голову.

«Что я делаю? – лихорадочно думаю, хотя продолжаю прижиматься к нему всем телом. – Он же подумает, что я какая-то... что я совсем сошла с ума без мужика и готова отдаться первому встречному!»

Стыдно. Позорно. Я же не девчонка, чтобы так терять голову от первого поцелуя!

Но, с другой стороны... А что, если просто отключить мозг и получать удовольствие? Почему бы не использовать нового хозяина в своих интересах?

Он все равно скоро уедет в свою Москву и забудет о моем существовании. А у меня останутся хотя бы воспоминания о том, каково это – быть желанной.

Пока я размышляю, Марат не теряет времени даром. Его руки уже мнут мои ягодицы, сжимают их, притягивая меня еще ближе. Вторая рука находит край декольте, оттягивает ткань вниз, обнажая грудь.

— Боже, какая ты шикарная, – выдыхает он, в его голосе столько восхищения, что у меня перехватывает дыхание.

Никто никогда не говорил мне таких слов. Вадим называл меня «миленькой», Гришка – «племенной буренкой». А этот городской красавчик смотрит на меня как на богиню.

Марат наклоняется, его губы накрывают мой сосок, я чуть не кричу от наслаждения. Он целует, посасывает, легко прикусывает зубами, и волны удовольствия прокатываются по всему телу.

Кажется, еще немного – и я кончу прямо так, стоя.

— Марат... – выдыхаю, сама не понимая, что хочу сказать.

— Что, сладкая? – он поднимает голову, смотрит на меня горящими глазами.

Сладкая! Господи, как же давно никто меня так не называл!

— Я... мы не должны...

— Почему? – он снова целует мою шею, и мысли разлетаются в стороны. – Ты этого хочешь, я хочу. Мы взрослые люди.

Да, я хочу. Хочу так сильно, что готова сгореть от этого желания. Но...

— Ты же уедешь, – говорю, последний раз пытаясь быть разумной.

— Может быть, – честно признается он. – А может, и нет. Но это завтра. А сейчас есть только мы.

И он снова целует меня, не давая возможности думать. Его руки везде – на груди, на бедрах, под платьем. Я таю, растворяюсь в его прикосновениях.