Книга Лилия и ее наемник, страница 7 – Акила Торн

В динамике трещит вздох.

— Нет. Если бы он хотел, чтобы мы знали, он бы сказал. Наша работа — выполнять приказы и не перегибать палку.

— Это не перегиб. Это эффективность, — бормочу я.

Как по команде, она поворачивается и смотрит в окно. Прямо на дерево, на котором я сижу. Клянусь, она меня видит. Но это невозможно: я весь в черном и прячусь в самой гуще листвы.

— Она поздно не ложится, — шепчу я с легкой тревогой в голосе.

— Ты меня вообще слушаешь, мать твою? Слезай с дерева и дуй в отель. Мы не просто так развесили там скрытые камеры.

Теперь она пристально вглядывается в окно, и я замираю, боясь пошевелиться. Но тут мне в голову приходит гениальная мысль, и я начинаю ухать, как сова.

— У-ху, у-ху, — тихонько издаю я, стараясь звучать максимально по-совиному.

— Ты что... Ты сейчас, блядь, птичьи звуки издаешь? — прорезается голос Ройала.

Я быстро отключаю микрофон и продолжаю свою жалкую пародию на сову. Лилия склоняет голову набок. На секунду мне кажется, что мой гениальный план сработал. А затем она тянется за чем-то на подоконнике. Бинокль.

Дерьмо.

Она подносит его к глазам и методично сканирует дерево. Я вжимаюсь в ствол, кора впивается в спину сквозь куртку. Телефон вибрирует от гневных сообщений Ройала, экран светится, как маяк во тьме.

— Я знаю, что ты там, — кричит Лилия, и ее голос разносится по двору. — И сова из тебя отвратительная.

Дерьмо в квадрате.

Она по-прежнему держит бинокль, водя им туда-сюда по ветвям клена.

— Я уже три ночи смотрю, как ты смотришь на меня. Это ты, Ройал, да?

Сердце колотится о ребра. Это не входило в план. Вообще никакого плана, кроме «сидеть на дереве и пялиться», не было, и сейчас это кажется невероятной тупостью.

— Я считаю до десяти, — продолжает она. В ее голосе звенит сталь, совершенно не вяжущаяся с образом мягкой воспитательницы. — Если не слезешь, я звоню в полицию. Один... два...

Я включаю микрофон.

— Ройал, у нас проблема.

— Ты назвался ей моим гребаным именем в кофейне, да?!

— Три... четыре...

— Охренеть ты детектив, Шерлок. Я сваливаю. Прямо сейчас.

— Пять... шесть...

Но что-то мешает мне слезть и убежать. Может, то, как бесстрашно она стоит и отчитывает потенциального маньяка. Может, тот факт, что она засекла меня, когда я считал себя невидимкой. А может, потому, что за три ночи наблюдений она впервые показалась мне человеком, за которым действительно нужен присмотр.

— Семь... восемь...

— Девять...

Погодите-ка... Какого черта?

По земле скользит тень и направляется прямо к ступеням ее пожарной лестницы. Глупая женщина, нельзя держать лестницу опущенной, думаю я, настраивая монокуляр на фигуру в черном, крадущуюся вверх по ступеням.

— Десять! Все, я звоню в...

Я начисто забываю про обратный отсчет Лилии — в кровь бьет адреналин. Вот он, мой момент. Моя арка искупления. Если я перехвачу этого парня, то докажу, что торчал на дереве не просто как озабоченный извращенец.

— Ройал, кто-то лезет к ней по пожарной лестнице, — срочно шепчу я в трубку.

— Что? Только не смей...

Я сбрасываю вызов и сую телефон в карман. Вскакиваю на ноги, как бешеный енот, сдирая кору ладонями.

План вырисовывается в голове с поразительной ясностью: сбить ублюдка с ног, побыть героем и раствориться в ночи до того, как Лилия увидит мое лицо. Мой черный прикид наконец-то послужит благой цели, а не только образу «профессионального извращенца».