Книга Бывшие. Два часа до полуночи, страница 21 – Анна Гром

А потом…

Мне не больно, нет. Хоть я и ожидала дискомфорта, потому что тело отвыкло. Но мне не больно, мне хорошо так, будто так и должно было быть всегда. Будто он должен быть во мне. Будто это соединение апогей моей переломанной жизни, исцеление и начало нового этапа.

Я всегда думала, что до финала надо долго и упорно доползать, менять позы, выдумывать изобретательные прелюдии. Но в этот раз всё совершенно иначе. Я ничего не делаю, не стараюсь, всё происходит само. У меня подкашиваются ноги, тело бьёт мелкая дрожь, всё внутри пульсирует и горит, в глаза темнеет, в голову бьёт дурман.

Я обмякаю, едва держусь на ногах, чтобы не свалиться на пол. Чувствую, как что-то тёплое и липкое течёт по бёдрам. Спиной чувствую, как Рос вздрагивает позади меня, как сильно прижимает к себе, сжимая меня обеими руками так сильно, что не могу вздохнуть. Его влажное, прерывистое дыхание и мокрые поцелуи терзают ямочку между шеей и ключицей. Я бессильно бросаю голову назад, на его плечо, нахожу его губы.

— Я три года… один. Ни разу ни с кем. Прости уж меня. Я это исправлю. Обязательно. Сейчас же.

Он извиняется за скорость. А мне прекрасно, я будто взлетела и парю теперь в невесомости. Я пока не знаю, что мы пне будем спать почти всю ночь, настолько поглощенные друг другом. Что мы будем вместе поздно ужинать, завтракать, ходить на ночные перекусы, в душ, как приклеенные.

И то, что в девять утра, когда мы ещё крепко спим, к моему дома подъедет чёрный «Хюндай» я не знала тоже.

Копаюсь в памяти и никак не вспомню, было ли со мной что-то подобное.

Нет. Не было.

Разрыв шаблона.

Я как будто впервые в жизни влюбился. Умер, воскрес и влюбился.

Не могу удержаться от сравнений. У нас с Маринкой такого не было. Ни в самом начале, когда мы ещё молодо-зелено было, ни потом, когда возраст и опыт появились.

Нет, всё у нас было чудесно. Всё устраивало обоих. Мы, как волки, преданы были друг другу, всегда в постели было тепло и жарко. Но вот так — не было точно.

Сказалось долгое воздержание. Я поклялся на могиле жены, что больше ни с кем и никогда, обет безбрачия взял, так сказать. А жизнь решила посмеяться надо мной и моими грандиозными планами, фраза «никогда не говори никогда» заиграла для меня по-особенному ярко. На своей шкуре-то всё вообще очень доходчиво обычно.

А тут, с ней у меня просто последние тормоза сорвало. Она в этом своём костюмчике, которое мягкими волнами обволакивает её маленькое тонкое тело, да ещё в замкнутом пространстве. На этой девственно-белой глянцевой кухне своей. Как дичь, загнанная в угол.

Кто только делает эти глянцевые кухни, вечные жирные следы пальцев оттирать видать кому-то особое удовольствие.

У неё волосы мягкие, нежные, будто в ладонь в тёплое молоко окунаешь. И сама она нежная, хрупкая, маленькая… Я когда обнимал её сзади, думал поломаю ей что-нибудь. А этот её запах. Эти девчонковые сладкие духи на её коже расцветают особенно, просто дурят голову и всё тут.

Я думал за три года вообще забыл, как это делается. Оказывается, нет, правда вот навык держаться дольше чем полминуты, растерял. Надеюсь, не бесповоротно.

— Я три года… один. Ни разу ни с кем. Прости уж меня. Я это исправлю. Обязательно. Сейчас же.

Бью копытом, чтобы доказать ей обратное.