Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 436 – Диана Гэблдон

— Всем, — просто ответила она. — Я надеялась, что кто-нибудь услышит.

* * *

Когда они отодвинули шкуру над входом, Йен увидел Рэйчел, идущую с Огги к длинному дому. Эмили сразу же вышла к ней, приглашая войти.

Рэйчел на мгновение замерла, вглядываясь в темноту; потом ее глаза отыскали Йена, и она улыбнулась, прочтя на его лице то, что хотела. Улыбка лишь слегка угасла, когда Рэйчел повернулась к Эмили, и на мгновение совсем исчезла, когда Йен рассказал о Тотисе. Она сглотнула, и Йен представил, как жена обращается к своему внутреннему свету.

— Да, конечно, — заверила она Эмили и с потеплевшим взглядом повернулась к мальчику. — Он навсегда останется твоим сыном, но для меня большая честь, что он будет и моим тоже. Я обязательно накормлю его у своего очага — мальчик ни в чем не будет нуждаться.

Йен вдохнул полной грудью; стянувшийся в животе узел ослаб. Тотис с любопытством и без страха смотрел на Рэйчел, потом перевел взгляд на мать; та кивнула. Тогда мальчик приблизился к Рэйчел, взял ее за руку и поцеловал ладонь.

— Ох, — тихо произнесла Рэйчел, погладив ребенка по голове.

— Тотис, — позвала Эмили. Он повернулся и подошел к матери. Она крепко обняла и поцеловала его в макушку. Йен увидел сверкнувшие слезы, которые Эмили не прольет, пока сын не уйдет по-настоящему. — Дай ему сейчас, — прошептала она на мохоке и указала подбородком на Йена.

Йен был слишком поглощен разговором и воспоминаниями, чтобы обращать внимание на обстановку в закутке, но когда Тотис кивнул и побежал к большой корзине с крышкой, наполовину скрытой в нише, он внезапно понял, что в ней.

— Вставай! — сказал Тотис, сдвинув крышку и наклонившись к корзине. Из глубины донеслась тихая возня и долгий, похожий на скрип звук зевоты. А потом Тотис встал с большим серым пушистым щенком на руках и с широкой улыбкой, в которой не хватало двух зубов.

— Один из многочисленных внуков твоего волка, Огвахо, йататеконах, — сообщила Эмили, улыбаясь под стать сыну. — Мы подумали, тебе снова нужен компаньон. Ну же, — подбодрила она Тотиса. — Дай ему.

По-прежнему улыбающийся Тотис обратил взгляд на Йена. Однако, подойдя ближе, он повернулся к Огги и поднял щенка со словами: «Он твой, мой брат». Мальчик говорил на мохоке, но Огги понял жест, если не сами слова, и с радостным визгом выгнулся в руках у Рэйчел, изъявляя желание потрогать собаку. Йен схватил сына и сел с ним на пол. Тотис отпустил извивающегося щенка. Тот прыгнул на Огги и начал топтать его лапами, облизывать лицо и вилять хвостом одновременно. Огги не плакал, а хихикал, брыкался ногами и визжал в отсветах костра. Тотис не выдержал и присоединился к потасовке, смеясь и толкаясь.

На мгновение вид у Эмили сделался потерянный, но когда Йен сказал: «Спасибо тебе», она снова улыбнулась.

— Итак, — произнесла женщина, — ты назвал моего сына. Позволь мне сделать то же самое для твоего.

Эмили говорила со всей серьезностью, по-английски, переводя взгляд с лица Йена на лицо Рэйчел и обратно.

Йен ощутил напряжение жены и испугался: вдруг это уже слишком для ее внутреннего света? В жарком воздухе длинного дома синяя краска начала оплывать с ее лица вместе с потом, расползаясь по щекам маленькими голубыми потеками и капельками, будто пустившая ростки лоза. Рэйчел открыла рот, но не смогла вымолвить ни слова. Она лишь расправила плечи и кивнула Эмили, которая серьезно кивнула в ответ, прежде чем обратить свое внимание на Огги.