Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 430 – Диана Гэблдон

Тайенданегеа взглянул на спутника с легкой усмешкой. И немного настороженно, — подумал Йен.

— Как же это узнать?

— Задавать вопросы и слушать ответы.

— И ты приехал послушать меня?

— Я приехал повидать Вакьотейеснонсу, — вежливо ответил Йен. — Но если столь умудренный опытом человек желает со мной поговорить, грех было бы уйти, не выслушав.

Смешок, раздавшийся в ответ, принадлежал скорее Джозефу Бранту, чем Тайенданегеа, как и понимающий взгляд.

— Твоего дядю, конечно, может заинтересовать то, что я скажу?

— Возможно, — не меняя интонации, заметил Йен. При нем был старый мушкет, годившийся для любой дичи, которая могла им встретиться. Они шли через заросли огромных елей; под колючими ветвями, куда снег почти не попадал, ноги скользили по толстому слою хвои. — Он велел мне решать, говорить ли вам то, что ему известно.

— Полагаю, ты решил сказать, — откликнулся Брант, развеселившись еще больше. — А ему точно известно? Или это только его домыслы?

Йен пожал плечами, глядя на росомаху вдалеке.

— Он знает.

После обсуждений дядя в итоге предоставил ему решить, как об этом рассказать. Выдать ли за сведения, полученные во время работы Джейми индейским агентом, благодаря связям как с британским правительством, так и с Континентальной армией, или сказать правду. Брант был единственным военачальником, кому можно сообщить эту конкретную правду, хотя не факт, что он поверит. И все же он могавк, несмотря на жену ирландских кровей и образование в колледже.

— Жена моего дяди… — начал Йен, наблюдая, как слова вылетают в виде маленьких облачков белого пара. — Arennowa’nen^[234], только могущественнее. Она встречалась с призраком каньенкехака и прошла сквозь время.

Тайенданегеа резко, по-совиному, повернул голову. Йен, которому нечего было скрывать, хранил невозмутимый вид. Мгновение спустя Тайенданегеа кивнул, хотя плечи его не расслабились.

— Война, — прямо сказал Йен. — До сих пор вы связывали свою судьбу с британцами, и не зря. Но сейчас мы говорим вам, что американцы победят. Конечно, вам решать, что лучше для вашего народа в свете этих знаний.

Темные глаза Тайенданегеа моргнули, и циничная улыбка тронула уголок его рта. Йен не торопил с ответом, спокойно шагая дальше. Снег скрипел под сапогами; мороз крепчал.

Йен поднял голову и принюхался; в прозрачном воздухе он чувствовал приближающийся снегопад, слабую вибрацию далекой бури. Кроме того, легкий ветерок донес запах крови.

— Там! — тихо промолвил он, хватая Тайенданегеа за рукав.

Росомаха на миг исчезла. Затем они увидели ее прыгающей с камня на камень — плавно, словно текущая в гору вода; она остановилась на возвышении, сосредоточенно глядя вниз.

Без единого слова мужчины пустились трусцой, а следом потянулся белый шлейф выдыхаемого ими пара.

Лось стоял на коленях под сенью темных сосен; смолистый аромат деревьев мешался с резким запахом крови. Скоро здесь появятся волки.

Тайенданегеа коротким взмахом поторопил Йена. Теперь вопрос был не в храбрости или мастерстве, а в скорости. Животное сломало заднюю ногу — она торчала под неестественным углом, из шерсти выглядывала треснувшая белая кость; снег вокруг обагрился кровью.

Ослабевший лось поднялся и угрожающе выпятил грудь — молодой самец в первую зиму. Хорошо. Значит, мясо нежное.