Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 204 – Диана Гэблдон

Уильям остановился и несколько мгновений простоял с закрытыми глазами, слушая плеск реки и наслаждаясь пустотой в голове. Все мысли вдруг куда-то улетучились.

— Допустим, — сказал он наконец, со вздохом открывая глаза. — А ты уже с рождения знал, чем хочешь заняться?

— Мне кажется, да, — задумчиво ответил дядя Хэл. — Сколько себя помню, всегда планировал стать военным. Но вот хотел ли?.. Никогда об этом не задумывался.

— Вот именно, — подхватил Уильям. — Ты родился в семье, где у старшего сына нет другого выбора. Просто тебе повезло, что армейская служба оказалась твоим призванием. Я же с детства был убежден, что мой священный долг — заботиться о фамильных угодьях и арендаторах. Как и ты, я ни разу не задумался, чего хочу на самом деле.

Уильям снял шляпу и сунул под мышку, чтобы не унесло ветром.

— Мне кажется, я не вправе использовать ни один из якобы предназначенных мне титулов. И потом…

Пораженный внезапной догадкой, он пристально посмотрел на дядю.

— Ты сказал, что отказался от герцогских доходов. Но это ведь не означает, что ты перестал заниматься имениями, даже если больше не получаешь с них прибыль?

— Конечно, нет… — возмутился Хэл и раздраженно — хотя и не без уважения — посмотрел на племянника. — От кого ты нахватался подобных идей? Не от отца ли?

— Полагаю, лорд Джон оказал некоторое влияние, — вежливо ответил Уильям.

При мысли о бывшем отце в душе все перевернулось — в последнее время это происходило с пугающей регулярностью. Он никак не мог забыть выражение страха и решимости в глазах Джона Синнамона. Хотя какого дьявола? Со временем все это сотрется из памяти. Надо только приложить некоторые усилия. А пока можно лишь отгонять горькие воспоминания.

— Выходит, ты не отказался от своих обязанностей, даже не получая от них никакой выгоды. Хотя, по твоим словам, отказаться было невозможно. Неужели пэр ни при каких обстоятельствах не может перестать быть пэром?

— Нет. По крайней мере, не по собственной прихоти. Не забывай: пэрство даруется монархом в знак признательности. Конечно, если пэр впадет в немилость, монарх может лишить его всех титулов. Но даже тогда потребуется одобрение Палаты лордов. Пэры не любят, когда их благоденствию что-либо угрожает; они к подобному не привыкли, ведь в последнее время ни с одним из них не случалось ничего подобного, — саркастически добавил дядя Хэл. — Поэтому даже монаршая прихоть не является достаточным основанием для лишения титула. Таких оснований — по пальцам перечесть. Единственное, что приходит в голову, — участие в восстании против Короны.

— Интересно… — пробормотал Уильям себе под нос. Однако дядя услышал и пронзил племянника суровым взглядом.

— Если ты способен пойти на измену и предать короля, страну и семью ради собственной выгоды — возможно, Джон оказался не таким уж хорошим учителем.

Не дожидаясь ответа, он повернулся и зашагал по гниющим водорослям, оставляя на песке бесформенные следы.

* * *

Уильям решил ненадолго остаться у реки. Он ни о чем не думал. И почти ничего не чувствовал. Просто смотрел на течение, которое словно вымывало его утомленный мозг. Эскадрон бурых пеликанов пронесся над водой. Не увидев ничего интересного, белоголовые птицы взмыли ввысь и отчалили в сторону моря.

Неудивительно, что людей так манят морские просторы, — подумал Уильям с тоской. Ни унылой пучины повседневности, ни навязанных обществом обязательств. Лишь безбрежная водная гладь да бескрайнее небо на целые мили вокруг.