Книга Написано кровью моего сердца, страница 379 – Диана Гэблдон

По церкви поползли удивленные шепотки с оттенком осуждения, и щеки Дотти покраснели еще сильней. Мистер Фигг улыбнулся девушкам и снова повернулся к пастве.

— Быть может, один из присутствующих здесь квакеров расскажет нам немного больше об их собрании, поскольку я уверен, что об этом они знают лучше меня. — Он повернулся к Дензилу Хантеру, однако встала Рэйчел. Мистер Фигг не видел ее и потому удивился, когда она заговорила за его спиной. Все засмеялись.

— Доброе утро, — негромко, но отчетливо произнесла девушка, когда смех стих. — Благодарю вас за то, что вы пришли. Христос говорил: «Ибо, где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них»^[109]. Вот и весь смысл собрания Друзей — чтобы Христос появился среди нас — и в нас. И мы собираемся, и слушаем — друг друга и свет в наших душах. Когда душа побуждает кого-либо говорить, он или она говорят.

— Или поют, если им кажется, что так нужно, — вмешалась Дотти, улыбнувшись Джону.

— Или поют, — с улыбкой согласилась Рэйчел. — Однако мы не боимся и тишины, ведь нередко Бог говорит громче в наших сердцах. — И Рэйчел с достоинством села.

Оживление и удивление собравшихся вскоре ожидаемо сменились тишиной. Встал Денни.

— Мне хочется сказать, как я благодарен вам за доброжелательный прием. Ведь я и моя сестра были изгнаны из собрания за мое намерение присоединиться к Континентальной армии. По этой же самой причине нас не ждут на филадельфийском собрании. — Блеснув очками, он посмотрел на Рэйчел. — Для Друга это тяжело. Ведь наше собрание там, где обретается наше тело и душа, и когда Друзья женятся, все их собрание должно это одобрить и поддержать их. Я лишил мою сестру этого одобрения и поддержки, и я прошу у нее прощения за это.

Рэйчел неженственно фыркнула.

— Ты поступил по совести, и если бы я сочла, что ты не прав, то так бы и сказала.

— Моя обязанность — заботиться о тебе!

— И ты обо мне позаботился! Разве я недоедаю? Или хожу без одежды?

Собравшиеся захихикали, но Хантеры этого не заметили.

— Я лишил тебя дома и собрания, которое заботилось о тебе, и принудил следовать за собой в мир насилия, в армию, где полно жестоких мужчин.

— Полагаю, это относится ко мне, — откашлявшись, заявил Йен и посмотрел на потрясенную миссис Фигг и на остальных людей, увлеченно внимающих происходящему. — Вы знаете, что я не принадлежу к Друзьям. Я горец и могавк, а они куда как жестоки. По справедливости я не должен жениться на Рэйчел, а ее брат не должен позволять ей выходить за меня замуж.

— Посмотрела бы я, как бы он попробовал запретить мне это! — заявила очень прямо сидящая на скамье Рэйчел, сжав в кулаки покоящиеся на коленях руки. — Или ты, Йен Мюррей!

Дотти явно забавлялась их перепалкой — я видела, как она едва сдерживает смех. Такое же выражение отражало лицо Хэла.

— Но ведь это из-за меня ты не можешь выйти замуж как должно, на квакерском собрании, — возразил Йен.

— Из-за меня тоже, — поморщившись, сказал Денни.

— Mea culpa, mea culpa, mea maxima culpa^[110], — пробормотал мне на ухо Джейми. — Как ты думаешь, стоит ли мне заявить, что я был плохим примером Йену и это по моей вине он остался с индейцами?

— Только если у тебя к этому лежит душа, — ответила я, не отводя глаз от происходящего впереди. — Лично я посоветовала бы тебе и твоей душе держаться от этого подальше.