Книга Написано кровью моего сердца, страница 316 – Диана Гэблдон

— Йен… — сев в седло, позвал Джейми.

Йен кивнул и, чтобы удержаться на ногах, схватился за колено Джейми.

— Дай мне несколько людей, дядя Джейми. Я пригляжу… за его светлостью.

Джейми успел подозвать капрала Гринхау и приказать ему и еще пяти мужчинам сопровождать Йена, прежде чем его заметил Вашингтон. Генерал держал шляпу в руках; на его покрасневшем от гнева лице читалась отчаянная решимость человека, который рискнул всем, потому что выбора не было.

— Мистер Фрэзер! — крикнул Вашингтон, и его широкий рот расплылся в улыбке. — Следуйте за мной!

Уильям медленно приходил в себя. Болела голова. Тошнило. Очень хотелось пить, но при мысли об этом в горле встал ком. Уильям лежал на траве, по нему ползали какие-то насекомые. Цепочка муравьев деловито карабкалась по запястью, исчезая среди темных волосков, и Уильям попытался провести рукой по земле, чтобы скинуть их. Однако рука не шевельнулась, а сознание вновь угасло.

Очнулся он от тряски и шума. Мир дергался вверх-вниз; дышать было трудно. В темных штуковинах, которые шевелились перед его лицом, Уильям узнал ноги лошади и понял, что лежит животом на седле и его куда-то везут.

Вокруг было очень шумно, и голова заболела еще сильней.

— Стой! — крикнул кто-то на английском. — Что ты с ним делаешь? Стой, или я убью тебя!

— Не тронь его! Отпусти! Бежим! Скажите моему… — прокричал смутно знакомый голос с шотландским акцентом.

Больше Уильям не слышал ничего — он упал на землю и от удара потерял сознание.

* * *

Попасть в плен оказалось проще простого: Грей пошел по следам коров, ведущих, как он решил, к водопою, и у заболоченного брода наткнулся на наполнявших фляжки английских солдат. От жажды и жары кружилась голова, Грей даже не попытался назваться, а с облегчением поднял руки вверх, сдаваясь.

Его напоили и под мушкетом, который держал нервный паренек, отвели на двор разоренной фермы. По-видимому, ее владельцы сбежали, осознав, что оказались на пути двухсоттысячной армии.

Грея толкнули к большой повозке, наполовину заполненной срезанной травой, и усадили рядом с другими пленными, слава богу, в тени. Охраняли их двое средних лет солдат, вооруженных мушкетами, и тот самый нервный паренек лет четырнадцати — судя по мундиру, лейтенант. Он каждый раз вздрагивал, заслышав отдаленные залпы орудий.

Другого такого случая могло не представиться. Если Грей заставит мальчишку отправить его к Корнуоллису или Клинтону…

— Сэр! — хрипло окликнул он лейтенанта. Тот удивленно уставился на него. Пленные американцы тоже.

— Как вас зовут, сэр? — командным тоном спросил Грей.

Мальчишка испугался и невольно шагнул назад, но почти сразу покраснел и взял себя в руки.

— Сиди тихо! — приказал он и, шагнув к Грею, попытался ударить его в ухо.

Грей рефлекторно перехватил его запястье. Один из солдат тут же ударил Грея прикладом по левой руке и спокойно сказал:

— Он приказал тебе сидеть тихо. На твоем месте я бы так и делал.

Грей замер — но лишь оттого, что не мог говорить. Его левая рука уже дважды была сломана — один раз Джейми Фрэзером, другой раз взрывом пушки, — не хватало еще раз ее поломать. Перед глазами на миг потемнело, внутренности скрутило в тугой узел. Потом появилась боль, и Грей наконец-то смог вздохнуть.