Книга Эхо прошлого, страница 567 – Диана Гэблдон

— Могу и вас научить, если хотите, — предложила я.

Дензил, и без того светившийся радостью после успешной операции, просиял:

— О, Клэр! Поверить не могу! Орудовать скальпелем, не причиняя пациенту боли, не связывая его и не удерживая втроем. Это… это уму непостижимо!

— Все не так радужно, — предупредила я. — Эфир очень опасен: и в процессе перегонки, и в момент операции.

Я делала его накануне в дровяном сарае. Малейшая ошибка — и изменчивая субстанция рванула бы так, что от сарая вместе со мной ничего не осталось бы. Все прошло гладко, хотя даже сейчас при мыслях о вчерашнем меня бросало в пот.

Я взяла бутыль с остатками эфира и взболтала содержимое. Она была полна на три четверти. Кроме того, имелась еще одна непочатая.

— Как думаете, хватит? — спросил Денни, угадывая мои мысли.

— Зависит от того, с чем столкнемся.

С Анри-Кристианом, несмотря на технические трудности, все прошло очень гладко. С Генри Греем будет по-другому. Я осмотрела его, а Дензил подробнейшим образом описал, что именно видел во время недавней операции, когда удалял пулю возле поджелудочной железы. Кусочек металла вызвал сильный воспалительный процесс, но сам орган практически не затронул. Вторую пулю Дензил найти не смог — она затерялась где-то глубоко за печенью. Он боялся, что она возле портальной вены, тогда ее не достать: одно неловкое движение — и пациент мигом истечет кровью.

Задеть желчный пузырь или протоки пуля не могла, но, судя по симптомам и общему состоянию Генри, явно перфорировала тонкую кишку, хотя отверстие уже затянулось само собой, иначе юноша давно умер бы от перитонита.

В самом удачном случае пуля просто застряла в стенке кишечника. Гораздо хуже, если она находится где-нибудь внутри его. Однако нет смысла гадать, насколько плохо обстоят дела, — надо увидеть все своими глазами.

Зато у нас есть эфир. И самые острые скальпели, какие только можно купить на деньги лорда Джона.

* * *

После долгой и нудной дискуссии окно все-таки немного приоткрыли. Дензил Хантер утверждал, что им нужен приток свежего воздуха. Миссис Фрэзер с ним соглашалась (из-за паров эфира), но при этом все время твердила о каких-то «микробах», опасаясь, что они влетят в окно и нарушат «стерильность операционной». Она говорила об этих созданиях так, словно борется с ними уже не первый год. И, судя по ее воинственному настрою, так оно и было.

Лорд Джон еще никогда не встречал подобных женщин. Она очаровывала его, заставляя забыть даже о тревоге за племянника. Волосы Клэр сегодня скрутила в узел и обмотала тканью, как негритянская рабыня. И вообще из-за желтых ястребиных глаз и худого лица с чересчур резкими чертами она выглядела совсем неженственной. У нее был взгляд генерала, готовящего войска к битве, — и змеиный клубок в животе лорда Джона ослабил кольца.

Кажется, она знает, что делает.

Клэр вдруг посмотрела на него, и Грей невольно расправил плечи в ожидании приказа, чему сам безмерно удивился.

— Вы останетесь? — спросила она.

— Конечно.

Дыхание у Грея перехватывало, но голос не дрожал. Клэр сказала прямо: шансы невелики, но все-таки есть. И лорд Джон был готов ко всему. Если Генри суждено умереть… что ж, по крайней мере, рядом с ним в этот момент будет близкий человек.

Однако юноша выживет. Грей не позволит ему умереть.