Книга Эхо прошлого, страница 415 – Диана Гэблдон

— Нет. Дальше. Дальше. Черт побери, еще дальше!

Наконец я была вынуждена признать, что могу прочесть буквы лишь с расстояния восемнадцати дюймов.

— Просто шрифт такой! — огорченно сказала я. Разумеется, я знала, что мое зрение уже не такое острое, как раньше. Но все равно расстроилась, слишком внезапно получив доказательство того, что слепа почти как летучая мышь, пусть до крота мне еще далеко.

— Шрифт кезлон, двенадцать пунктов^[105], — наметанным глазом оценив текст, сообщил Джейми и добавил критически: — Расстояние между строчками ужасное, и все равно… — Он закрыл книгу, посмотрел на меня, выгнув бровь, и тихо сказал: — Тебе нужны очки, a nighean.

Я хмыкнула. Потом вдруг взяла книгу, раскрыла ее и передала ему.

— Может, прочтешь?

Удивившись и слегка обеспокоившись, Джейми посмотрел на страницу. Немного отодвинул ее от себя. Затем еще немного. Я наблюдала за ним, испытывая точно такое же смешанное чувство удивления и сочувствия. Джейми отодвинул книгу почти на всю длину руки и прочитал:

— «Такова и жизнь писателя, она посвящена не столько сочинению, сколько борьбе и его испытанию ею — так же, как и у любого другого сражающегося: они оба во многом зависят не от ума, а от способности сопротивляться».

Он закрыл книгу и посмотрел на меня. Уголки его губ опустились.

— Что ж, я хотя бы до сих пор могу стрелять.

— А я могу по запаху отличить одну траву от другой, — сказала я и засмеялась. — Все не так уж и плохо. Тем более что вряд ли в Филадельфии кто-нибудь делает очки.

— Да уж. Но когда мы приедем в Эдинбург, я найду такого человека. Куплю тебе очки в черепаховой оправе на каждый день и в золотой — для воскресенья.

— Чтобы я читала в них Библию? — уточнила я.

— Да нет, просто для красоты. — Джейми взял мою руку, пахнущую семенами укропа и кориандром, поднес ко рту и нежно провел кончиком языка по линии жизни. — В конце концов, самое главное мы познаем через прикосновения, правда?

* * *

Раздавшийся у двери кашель помешал нам. Обернувшись, я увидела огромного, похожего на медведя мужчину с рассыпанной по плечам копной седых волос. У него было располагающее лицо, шрам на верхней губе и мягкий, но проницательный взгляд, который тут же устремился к мешку на столе.

Я замерла. Воровать у фермеров строго-настрого запрещалось, и, хотя Джейми поймал кур не у ферм, это нечем было доказать, а джентльмен у двери, пусть и одетый в домотканую одежду и охотничью куртку, держался с несомненной властностью офицера.

— Полковник Фрэзер? — кивнув Джейми, спросил он и протянул руку. — Дэниел Морган.

Единственное, что я знала о Дэниеле Моргане, — он отличный стрелок. Так было написано в подстрочной сноске в учебнике по истории за восьмой класс, по которому училась Брианна. Однако это знание не давало нам никаких преимуществ — об этом знали все, и лагерь гудел от любопытства, когда Морган и его люди прибыли в конце августа.

Морган перевел заинтересованный взгляд на меня, а затем на мешок, из которого компрометирующе торчали куриные перья.

— С вашего позволения, мадам, — сказал он и, не дожидаясь моего позволения, взял мешок и вынул из него мертвую курицу. Ее шея свесилась, открывая огромную кровавую дыру на месте глаза — точнее, двух глаз. Беззвучно присвистнув, Морган остро глянул на Джейми: — Вы специально так выстрелили?