Книга Эхо прошлого, страница 327 – Диана Гэблдон

— В Розмаунте есть несколько католиков, — с сомнением произнес Хантер, вытирая бритву о многострадальное полотенце. Уильям удивленно посмотрел на него.

— Да? — настороженно спросил он. Какого черта Хантер говорит ему о католиках?

— Прошу прощения, — извинился Хантер, заметив его реакцию. — Ты упомянул друзей, вот я и подумал…

— Ты решил, что я…

За удивлением последовало осознание, и Уильям схватился за грудь, но обнаружил там лишь ночную рубашку, в которую был одет.

— Вот они. — Из ящика в ногах кровати доктор достал деревянные четки. — Мы сняли их, когда раздевали тебя, но Сисси сохранила их в целостности.

— «Мы»? — переспросил Уильям, цепляясь за возможность отложить расспросы. — Меня раздевали ты и мисс Хантер?

— Да, здесь больше никого не было, — принялся оправдываться доктор. — Нам пришлось положить тебя в ручей голым, чтобы сбить жар. Разве ты не помнишь?

Он смутно помнил об охватившем тело холоде и ощущении, что тонет, но счел это горячечным бредом. И к счастью — или к несчастью, — мисс Хантер не была частью этих видений.

— Я не мог донести тебя в одиночку, — признался доктор и поспешно заверил Уильяма: — Я прикрыл тебя полотенцем, чтобы тебе потом не было стыдно перед нашими соседями.

— Почему соседи с вами не ладят? — поинтересовался Уильям и, забрав у Хантера четки, сказал небрежно: — Сам я не католик, мне подарил их на память друг.

Доктор в замешательстве провел костяшками пальцев по губам.

— Вот оно как, а я подумал…

— Так что насчет соседей? — спросил Уильям и с затаенным волнением повесил четки на шею. Возможно, причина враждебности соседей кроется в том, что его ошибочно сочли папистом?

— Уверен, они помогли бы нам нести тебя, — признался Хантер. — Просто нам некогда было звать их. Действовать пришлось срочно, а ближайший дом довольно далеко отсюда.

Это не прояснило ничего об отношениях Хантеров с соседями, но настаивать на ответе было невежливо, так что Уильям кивнул и встал.

Пол вдруг покачнулся, а на краю поля зрения полыхнуло белым. Чтобы не упасть, Уильям схватился за подоконник. В себя он пришел спустя некоторое время, весь в поту. Доктор Хантер на удивление крепко держал его, не давая выпасть в окно.

— Не спеши, друг Рэнсом, — мягко сказал он, подводя его к кровати. — Давай подождем, пока ты сможешь стоять сам. Сейчас же, боюсь, в твоем теле слишком много слизи^[82].

Борясь с тошнотой, Уильям сел на край и позволил доктору вытереть пот полотенцем. Похоже, у него будет больше времени, чтобы решить, куда ехать.

— Как ты думаешь, когда я смогу продержаться на ногах весь день?

Хантер задумчиво посмотрел на него.

— По меньшей мере дней через пять, возможно, четыре. Ты крепкий и сильный, иначе я бы дал тебе неделю.

Уильям кивнул и лег. Хантер стоял над ним, нахмурившись.

— Ты далеко ехал? — спросил он осторожно.

— Довольно далеко, — ответил Уильям с не меньшей осторожностью. — Я направлялся… в Канаду. — Он внезапно осознал, что чем больше он скажет о поездке, тем больше придется рассказывать о ее цели. Разумеется, можно иметь дела в Канаде, не связанные с английской армией, оккупировавшей Квебек, но доктор упомянул политику… поэтому лучше проявить благоразумие. И уж конечно, не стоит упоминать «Гору Джосайи». Какими бы натянутыми ни были отношения Хантеров с соседями, новости об их госте мигом разлетятся по округе.