Книга Путешественница, страница 534 – Диана Гэблдон

— Джейми, подумай хорошенько, может быть, мы не пойдем?

Представляя, как напудренный парик падает с головы Джейми и сам губернатор видит рыжие волосы, отнюдь не похожие на волосы истинного француза, я чувствовала пустоту в желудке, а тугой корсаж усугублял мои страдания. Наверняка все знали приметы разыскиваемого преступника Джейми Фрэзера, первейшей из которых был примечательный цвет волос.

— Мы пойдем, англичаночка. Никто меня не узнает, не трусь. Даже если туда захотят прийти спасенные тобой люди с «Дельфина».

— Хотелось бы верить, — жалобно протянула я. — А ну как они заявятся туда?

— Да нет, вряд ли. Что им там делать, сама посуди. — Запуская руку в парик, он почесал за левым ухом. — Фергюс, откуда ты это притаранил, а? Здесь вшей как ни у кого в штанах не бывает!

— Что вы, милорд, я взял его напрокат. Мастер побожился, что содержит свои изделия в порядке и промывает их иссопом и крапивой.

Фергюс уступал милорду и не имел парика, напудрив свои волосы. Правда, на нем был новый синий бархатный костюм, что делало его по-своему привлекательным.

После негромкого стука в дверь вошла Марсали, тоже имевшая обновку — бледно-розовое платье, расшитое ярко-розовыми лентами, очень шедшее к ее юному бледному личику.

Мне показалось, что она сияет тем особым внутренним сиянием, которое излучают только забеременевшие молодые девушки, и я решила проверить свои подозрения, когда мы проходили, держа полы юбок, по узкому коридорчику.

— Марсали, у тебя осталось еще пижмовое масло или дать новое?

— А? — переспросила она с отсутствующим видом. — Что, матушка Клэр?

Фергюс с изысканным поклоном открывал дверцу кареты, и все внимание Марсали было занято только им.

— Ничего особенного.

В конце концов, этим вопросом мы могли заняться много позже, а сейчас нас заботили более важные вещи.

Губернаторский дом сиял: вдоль всей длинной веранды на шестах размещали фонари, освещая подъезд, а фонари, висевшие на деревьях, освещали дорожки сада. Высокие двери особняка поминутно открывались, чтобы впустить в дом новых гостей.

Джаред помог нам с экипажем, и мы приехали как подобает, но не стали сразу заходить в дом, ожидая, чтобы собралось побольше народу — в толпе легче затеряться. Джейми не подавал виду, что нервничает, но его непрестанные увещевания, чтобы я не беспокоилась, и пальцы, теребившие ткань, выдавали волнение.

Представители островных властей стояли в фойе шеренгой, приветствуя гостей вместе с новым губернатором. Я, отвлекая внимание, пошла вперед, кивая мэру Кингстону с супругой и робея при виде адмиральских эполет и шитого золотом мундира. Высоченный «француз» Джейми и крохотный китаец, казалось, нисколько не удивили адмирала, наверное, он видывал и не такое, проводя большую часть жизни в портах, а на балах и приемах видя экзотику не меньшую, нежели на отдаленных островах.

Новый губернатор, лорд Джон Грей, тоже был в парике, но его можно было узнать по тонкому лицу и хрупкой фигуре. Отчего-то он держался поодаль, и я вспомнила слухи о том, что жена отказалась ехать на Ямайку вслед за ним.

Формальная любезность, выказанная им в мой адрес, сменилась теплым удивлением при узнавании.

— Миссис Малкольм! Как я рад, что мы снова видимся! — он взял меня за руки.

— Я тоже рада, господин Грей. Я должна просить вас извинить меня: на корабле я не могла отнестись к вам с должной почтительностью, не зная, что вы губернатор.