Книга Путешественница, страница 442 – Диана Гэблдон

— Я делаю! — вырвала я руку. — Я делаю, но это не приносит пользы, понимаете, о чем я?

— Даю руку на отсечение, что…

— Да полно, вы шутите! Что вы там можете кому давать? — Я снова ударила пушку, словно она была виновата в моих бедах и бедах десятков больных моряков. — Знаете ли вы, сколько сегодня скончалось? Двадцать три моряка! Люди в расцвете сил, полные жизни! Я бегаю, мечусь, суечусь вокруг них, но все, все без толку! В грязи по уши, в рвоте, в кровище, в поту, но они все равно болеют и умирают! Я заставила здоровых моряков помогать мне, но они заражаются от больных и тоже умирают! Боже мой… Вокруг меня столько всего, но если бы этот шум приносил хотя малую пользу!

Грей был не виден во тьме, но он заметно напрягся — это чувствовалось на расстоянии.

— Я не шучу и не изволю шутить впредь, мадам, — сухо заметил он. — Ваши слова заставили меня покраснеть. Капитан Леонард приказал мне не покидать мою каюту, и я послушно сидел подобно курице в курятнике. Мне не было известно, что болезнь приобрела такой масштаб. Вы говорите, что половина людей больны… Я готов прийти на помощь. Скажите, что требуется сделать?

— Сделать вам, простите? Но зачем вам что-либо делать? Вы гость на корабле.

— Вы тоже гостья.

Свет от фонаря попал на его лицо. Грею было около сорока, но его тонкое лицо хранило привлекательность.

— Я врач.

Он наморщил лоб и с готовностью кивнул.

— Разумеется. Это все объясняет.

— Нет, это не тот случай, когда можно все объяснить профессией. Но отчасти можно и ею, если угодно.

Вспомнив, на какие точки советовал нажимать мистер Уиллоби для облегчения боли, я проделала это к вящему удивлению Грея.

— Вы должны выполнять приказ капитана, я же выполняю лишь его просьбу. Спасибо за готовность помочь, но я пока не нуждаюсь в ваших услугах, поверьте. Если бы в лазарете было некому помогать, я бы непременно подключила вас к своему делу. Но пока достаточно людей. Однако и они мало что могут. Болезнь пока сильнее нас, хотя мы делаем все возможное, — заключила я со вздохом.

Он отвернулся и пошел смотреть на ночной океан, где отражался свет звезд, больших и сияющих, словно бриллианты.

— Разумеется. — Грей намеренно избегал смотреть мне в глаза. — Я думал, что вы в расстроенных чувствах, потому крушите все вокруг. Простите меня. Вы врач, и это объясняет очень многое.

Его силуэт вырисовывался во тьме черным пятном.

— Я офицер, точнее, был им. И я прекрасно понимаю, что это такое — нести ответственность, а после потерять вверенного тебе человека.

Мы умолкли. Ночь доносила до нас только негромкие звуки движущегося корабля.

Грей обернулся:

— Тогда-то ты понимаешь, что не являешься Богом и не можешь определять судьбы людей так, как тебе хочется. К сожалению.

Я понимала, о чем он говорит, — я сама это чувствовала. Напряжение ушло, и постепенно я успокаивалась. Ветерок бросил несколько локонов мне на лицо.

— Вы правы, — сказала я Грею.

Он не ответил, а вместо этого поцеловал мою ладонь, спокойно, без ложного пафоса и аффектации.

— Всего хорошего, миссис Малкольм. Спокойной ночи.

Грей уже уходил, и между мной и им было уже несколько ярдов, но появился стюард Джонс и заметил нас.

— Милорд, что вы делаете, ради бога! Сэр, умоляю, вернитесь в каюту! Вам нельзя выходить оттуда. Капитан приказал оберегать вас, мы не можем так рисковать. Сейчас ветер, он может принести заразу сюда. Пожалуйста, вернитесь. Ситуация еще очень опасная, вы можете заболеть.