Книга Путешественница, страница 271 – Диана Гэблдон

Джейми тихо присвистнул.

— Я представляю радость твоей матушки, когда ей сообщили бы, что ее любимый сыночек сослан в колонии! Дай сюда, — он протянул руку за пистолетом. — Откуда ты взял эту штуковину, а, негодник? Он уже заряжен. Значит, недаром мне послышался порох. Хорошо еще, что он не отстрелил тебе то, что ты носишь между ногами.

Эуон не успел ответить, потому что мой крик прервал его:

— Гляди-ка!

Судно, двухмачтовый кеч, поначалу было крохотным, но оно быстро приближалось, отражая звездный свет парусами. Оно проплыло мимо утеса и застыло на волнах. Джейми смотрел на песок, где тьму рассеивал фонарь в руках китайца.

Свет мигнул, осветив мокрые скалы, и исчез. Эуон схватил мою ладонь. Секунд через тридцать фонарь снова зажегся и снова погас. Морская пена снова погрузилась во тьму.

— Что это? — удивилась я.

— Что именно?

Джейми наблюдал за судном.

— Когда фонарь второй раз зажегся, я видела что-то на берегу, что-то зарытое в песок…

Тем временем фонарь вспыхнул в третий раз, и последовал ответ — голубой свет на корабле. Он отражался в волнах.

Я заинтересованно глазела на судно, уже забыв о том, что видела на песке, — о будто бы лежавшем там ворохе одежды. Моряки произвели какое-то движение, и волны приняли бочку, брошенную за борт.

— Скоро начнется прилив, — тихо пояснил Джейми. — Волны сами принесут нам бочку.

Да, умно придумано, ничего не скажешь. Но как же рассчитаются с моряками, неужели монеты тоже бросают в воду? Мне хотелось узнать это, но меня прервал крик, донесшийся снизу.

Джейми бросился вниз как тигр. Мы с Эуоном побежали следом. Судя по звукам, началась драка; во тьме были видны только перекатывающиеся фигуры. Когда до моего слуха долетели слова «Именем короля!», я похолодела от страха.

— Это стража!

Паренек тоже услышал это и стоял с раскрытым ртом.

Джейми грубо выругался по-гэльски и очень громко закричал дерущимся собратьям:

— Эйрих иллеан! Суас ам биррах из тейх! — И английские слова для меня и мальчика: — Уходите! Прочь!

Внизу закричали, зашумели, закряхтели и стали бросать камни. Из утесника кто-то выскочил и сбежал сломя голову вниз, за ним припустила еще одна тень.

Наконец все шумы перекрыл истошный вопль, донесшийся с берега.

— Китаец! Они поймали его! — Я была склонна согласиться с Эуоном, сделавшим это предположение.

Мы не сделали того, что велел Джейми, и высунули головы с утеса. Мистер Уиллоби при падении потерял фонарь, и теперь он осветил происходившее на берегу, будучи зажженным и незакрытым. В песке были ямы, из которых на контрабандистов напали таможенники. Мы увидели, как кого-то схватили и оторвали от земли, а жертва напрасно пыталась вырваться.

— Я помогу! — метнулся Эуон.

Джейми схватил его могучей рукой:

— Я сказал тебе беречь мою жену! Смотри за ней!

Это было не очень понятно, потому что я никуда не собиралась уходить, и Эуон глупо уставился на мою темную фигуру. Джейми не стал долго возиться с нами и взбежал на утес. Опустившись на колено, он прицелился и выстрелил из пистолета, ранее отобранного у племянника.

Щелчок выстрела, конечно, был почти не слышен среди криков, но принес свои плоды: фонарь разбился, горящее масло на миг осветило побережье, и наступила тьма.

Несколько мгновений после выстрела стояла тишина, но очень быстро утесы огласились ревом и новыми криками. После вспышки фонаря я какое-то время плохо различала очертания предметов в темноте, но вскоре увидела странное свечение на побережье: появились движущиеся вверх и вниз огоньки. Я сообразила, что это горящее масло попало на чей-то рукав, и теперь бедолага вопил и пытался сбить огонь.