Книга Путешественница, страница 270 – Диана Гэблдон

— Чуешь?

Я буквально принюхалась, но ничего особенного не почувствовала: пахли гниющие водоросли, ветерок доносил коптевшее масло из фонаря, а также едкий пот дрожавшего Эуона.

— Нет, ничем таким не пахнет. А что?

Он вскинул плечи.

— Сейчас такого ничего. А только что пахнуло порохом.

— Да? Я ничего не чувствую, дядюшка. — Голос Эуона дрожал, и парень прочистил горло. — Ты ведь знаешь, Уилли Маклауд и Алек Хейс пошарили по всем скалам. Здесь чисто.

— Пожалуй, — Джейми все равно нервничал.

Он положил руку на плечо сорванца.

— Эуон, малыш, ты будешь заботиться о тете. Ее безопасность на твоей совести. Отправляйтесь к утеснику. Не подходите близко к фургону. Если что-то произойдет…

Эуон хотел было сказать, что он не будет отсиживаться, но потом стал тереть плечо — с такой силой Джейми сжал его.

— Если что-то произойдет, — с нажимом сказал строгий дядюшка, — ты забираешь тетю Клэр и вы отправляетесь домой, в Лаллиброх, немедленно.

— Джейми… — теперь запротестовала я.

— Дядюшка! — поддержал меня мальчик.

— Я сказал — отправитесь домой! — Джейми отвернулся, оставив последнее слово за собой.

Грустный Эуон пошел вместе со мной наверх к зарослям утесника. Здесь мы нашли маленький выступ, с которого можно было видеть море.

— О, мы сможем все увидеть, — воспрянул он духом, желая хоть как-то поучаствовать в происходящем.

Мы могли смотреть с выступа, но видеть почти ничего не могли: нашим взорам открылись только вода и скалы, похожие на разбитую чашку, полную тьмы и страха. Таким образом, нам не было видно ни людей, ни корабля. Правда, однажды я увидела чью-то пряжку на штанах, но только потому, что на нее упал лунный луч.

Не было видно даже фонаря, а мистера Уиллоби и подавно. Мне подумалось, что он может стоять лицом к морю, так что сзади с высоты нам ничего не видно.

Вдруг Эуон насторожился.

— Я слышу шаги! Сюда кто-то идет! Встань за меня!

Он встал передо мной, заслонив от возможных врагов, и достал из-под рубашки пистолет, поблескивавший в лучах луны. Мальчик держал его обеими руками, вперив глаза во тьму.

— Только не пали почем зря! — наставляла я его.

Я подумала, что, если схвачу его за руку и отведу оружие, он выстрелит от испуга. Но если бы он решил выпустить пулю в идущего, это наделало бы шуму.

— Ты охраняешь тетушку как верный сторож, прекрасно, — сыронизировал подошедший Джейми. — Только будь добр, не продырявь мне котелок!

Эуон вздохнул, то ли обрадовавшись, что тревога оказалась ложной, то ли расстроившись, что не привелось показать храбрость, и опустил оружие. Джейми наконец пробрался сквозь утесник и встал перед нами.

— Мальчик мой, неужели ты не знаешь, что нельзя вооружаться, идя на такое дело? — Джейми попытался говорить мягко, словно школьный учитель, наставлявший нерадивого ученика, а не дядюшка-контрабандист, стоявший во тьме и рисковавший жизнью наравне с племянником. Он объяснил мне: — Мы не взяли с собой оружия, даже рыбацких ножей, из опасения попасться в лапы королевским таможенникам. В противном случае это было бы расценено как вооруженное сопротивление представителям власти, а это карается виселицей.

— А Фергюс говорил, что меня никто не может повесить, потому что я еще без бороды, вот, — попытался прикрыться авторитетом француза Эуон. — Он считает, что в случае чего меня сошлют, не более.