Книга Цена предательства: Месть по нотам, страница 2 – Lana Rubi

Мне повезло с мужем. Каэлас оберегал меня, как дорогую хрустальную вазу. Он никогда не изменял мне, не повышал голос, успешно вел войну на границах и обеспечивал семью. Но между нами никогда не было пламени. Только вежливое, суховатое исполнение долга. За все годы брака я так и не узнала, что такое страсть. Когда год назад его привезли раненым, и он скончался на моих руках, я оплакивала его как защитника и отца моих детей, но в моем сердце осталась не рана, а лишь глухая, морозная пустота.

— Ваша светлость? — тихий, надтреснутый голос заставил меня вздрогнуть и вернуться в реальность.

Рядом с моим креслом стоял Нестор. Наш неизменный, безупречный дворецкий. В своем строгом сером камзоле, с идеально зачесанными серебряными волосами он выглядел островком абсолютной стабильности. В руках он сжимал тяжелую кожаную книгу учета.

— Простите, что тревожу вас в столь поздний час, Валерия, — Нестор почтительно наклонил голову. — Я подготовил отчеты по закупкам продовольствия для загородной резиденции на грядущую зиму, а также счета за содержание конюшен. Если у вас будет время взглянуть...

Я мягко улыбнулась и подняла руку, перебивая его ласковым, успокаивающим жестом.

— Нестор, пожалуйста, оставь эти книги. Ты же знаешь, что я ничего не смыслю в этих бесконечных колонках цифр. Финансы наводят на меня тоску.

— Но, госпожа, порядок в казне — это безопасность вашей семьи...

— Мою безопасность и покой охраняешь ты, — тихо произнесла я, глядя на старика с глубокой, искренней нежностью. — Ты управляешь этим замком с тех самых пор, как я была не выше моей маленькой Клер. Мой покойный муж доверял тебе безгранично, мой отец глубоко уважает тебя. Для меня ты давно перестал быть просто слугой, Нестор. Ты — член нашей семьи. И я доверяю тебе так же, как доверяла бы родному отцу. Если ты говоришь, что со счетами все в порядке, мне этого более чем достаточно.

Пожилой дворецкий трогательно смутился. В его старых глазах блеснули слезы, он крепче прижал книгу к груди и низко поклонился:

— Ваше доверие — высшая награда для меня, дитя мое. Я сделаю всё, чтобы вы и дети ни в чем не нуждались.

Он повернулся, собираясь уйти, как вдруг Пепел на лужайке резко замер. Драконья гончая вздыбила шерсть на загривке и утробно, угрожающе зарычала, уставившись в сторону подъездной аллеи. Марк испуганно переглянулся с сестрой и мгновенно прижал Клер к себе, закрывая от возможной опасности.

Я резко поднялась с кресла, и моя чашка с тихим звоном перевернулась на блюдце. Сердце заколотилось в груди от недоброго предчувствия.

Через секунду в кованые ворота резиденции на бешеной скорости влетела карета. Лошади были покрыты белой мыльной пеной, кучер нещадно стегал их плетью, заставляя животных хрипеть. На лакированной дверце горел золотом семейный герб моего отца — герцога Гарриона Ортена.

Карета остановилась так резко, что колеса со скрипом пропахали гравий, едва не перевернув экипаж.

Дверца распахнулась. Но из нее вышел не мой отец.

На дорожку выскочил Теоден Кайд — управляющий делами нашей семьи, верный помощник отца и человек, которого я с детства привыкла считать своим названым дядей, самым близким и надежным другом. Его дорогой камзол был помят, шейный платок сбит набок, а лицо казалось мертвенно-бледным в наступающих сумерках.