Книга Гроза над Неаполем, страница 79 – Алексей Фирсов

Глава 40. Под защитой адмирала

Неаполь продолжал захлебываться в крови. Казни не прекращались ни на один день: на рыночных площадях бесперебойно работали виселицы, а по ночам город оглашался криками тех, до кого добирались мстительные роялисты. В нашем доме царило гнетущее ожидание — мы понимали, что статус вдовы русского посла может не спасти от пьяной толпы, если она решит вернуться. Но спасение пришло с той стороны, откуда я его совершенно не ждала.

Однажды утром тишину нашей улицы разорвал четкий, размеренный стук копыт и строгие военные команды. Выглянув в окно, я увидела, как к нашим воротам подъезжает блестящий отряд.

Во двор уверенным шагом вошел человек в расшитом золотом мундире российского флота. Его лицо, обветренное морскими штормами, было строгим и волевым, но во взгляде читалась глубокая человеческая мудрость. Это был сам командующий русским флотом — адмирал Федор Федорович Ушаков.

Я поспешила навстречу гостю, приказав Жозефу распахнуть парадные двери.

— Графиня Воронцова? — адмирал почтительно склонил голову, снимая треуголку. — Имел честь быть лично знакомым с вашим покойным супругом, Василием Петровичем. Светлый был ум и истинный патриот Отечества. Примите мои самые глубокие соболезнования.Царство небесное!

— Благодарю вас, господин адмирал. Ваш визит — великая честь для нашего осиротевшего дома, — искренне ответила я, приглашая его в гостиную.

Ушаков не стал тратить время на пустые светские беседы. Он тяжело опустился в кресло, окинул взглядом меня и стоявшего поодаль Жозефа.

— Время нынче темное, Анна Николаевна. Король Фердинанд заливает город кровью, а местная чернь совсем потеряла берега, — прямо сказал Федор Федорович. — Никто не может чувствовать себя в безопасности. Вы здесь одни, с детьми и женщинами. Вам нужна защита, и долг чести велит мне ее обеспечить.

Он решительно поднялся:

— Я оставляю при вашем доме караул. Пятеро надежных гренадеров морской пехоты и опытный унтер-офицер. Ни одна собака больше не посмеет приблизиться к вашим воротам.

В знак признательности я пригласила адмирала и его людей разделить с нами трапезу. Пока Ушаков отдавал приказы, я велела Настасье накрыть стол и подать настоящие, густые русские щи с хорошим куском свинины.

Когда на стол подали дымящиеся супницы, источающие невероятный, до боли знакомый каждому русскому человеку аромат, адмирал и его офицеры замерли. В далекой Италии, посреди охваченного террором Неаполя, этот запах казался чудом.

— Матушка Анна Николаевна... — растроганно произнес адмирал, зачерпнув последнюю ложку. — Да за такие щи не грех и полжизни отдать! Словно дома побывал.

К щам подали домашние пироги и нежную рыбу,запеченную с томатами.Адмирал и офицеры были в восторге.

-Ваша кухарка выше всяких похвал,дорогая Анна Николаевна.Но,мы вынуждены откланятся,дела не ждут.

Адмирал Ушаков поцеловал мою руку с изяществом.

-Благослови вас бог,Федор Федорович....

Караул разместили в просторных помещениях на первом этаже. Командовал ими унтер-офицер Прохор Федоров — плечистый, усатый богатырь с добродушным, но изрезанным шрамами лицом. Им тоже подали обед,то же самое что адмиралу.

В тот же вечер на кухне произошло событие, окончательно скрепившее наш союз. Архип, спустившись проверить посты, разговорился с унтером. Слово за слово, и вдруг раздался громогласный бас Архипа: