Книга Развод с драконом. Я стала хозяйкой запретного леса, страница 65 – Лиссбет Котцова, Маргарита Фуаро

Не родовое, к счастью. Простое на вид: тёмный металл, без камня, с тонкой алой полосой внутри.

Северин резко напрягся.

— Нет.

— Это не артефакт власти, — сказал Рейнар. — Сигнальное кольцо. Если она сломает его, я почувствую.

— И что сделаешь? Приползёшь умирать героически?

— Если понадобится.

— Не понадобится, — сказала я и не взяла кольцо.

Рейнар замер.

Я вздохнула.

— Милорд, вы всё ещё мыслите так, будто можно дать женщине вещь и получить право вмешаться в её жизнь.

Он побледнел.

Попала.

Снова.

И на этот раз мне не стало легче.

— Я не это имел в виду, — сказал он тихо.

— Возможно. Но получилось именно так.

Он медленно сжал кольцо в кулаке.

— Тогда что мне делать?

Очень простой вопрос.

И страшный — потому что в нём не было приказа.

Я посмотрела на него внимательнее.

Бледный, больной, с чёрными следами на шее и разбитой гордостью. Мужчина, который ещё вчера снял с чужой женщины знак брака, а сегодня впервые пытается понять, что помощь не всегда выглядит как контроль.

— Оставайтесь живым, — сказала я. — И составьте список. Все контакты Летиции. Все артефакты. Все приступы. Все смерти. Мне нужны данные, а не подвиги.

Рейнар прикрыл глаза.

— Данные.

— Да. Скучное слово. Очень полезное.

Он кивнул.

— Я сделаю.

Северин ничего не сказал, но я кожей почувствовала его взгляд.

Когда мы вышли из холла, он догнал меня у дверей лечебни.

— Ты была с ним мягче.

— Он пациент.

— Он Рейнар.

— Это не диагноз.

— Для Арвенна — почти.

Я остановилась.

— Север.

Он тоже остановился.

Между нами пахло травами, дымом и мокрым деревом. За стеной дом тихо складывал в сумку всё, что считал нужным. Где-то в лечебне спал Тимош. В холле Совет решал, как выглядеть достойно, когда его только что заставили снять украшения и согласиться на карантин.

— Я не простила его, — сказала я.

Северин молчал.

— И не собираюсь возвращаться. Если ты об этом.

— Я не спрашивал.

— Но думал.

Он отвёл взгляд первым.

Редкая победа.

— Рейнар — часть болезни, — сказала я тише. — Не как человек. Как узел. Через него Летиция вошла в Алый дом. Через Алый дом — в Совет. Если я буду смотреть на него только как на бывшего мужа, я пропущу симптом.

— А если будешь смотреть только как врач?

Вопрос был слишком точным.

Я не сразу ответила.

— Тогда пропущу себя, — сказала я наконец. — Поэтому ты пойдёшь рядом и будешь напоминать, когда я начну забывать.

Северин посмотрел на меня.

Долго.

— Это просьба?

— Да.

Он медленно кивнул.

— Тогда пойду.

Матвей принёс сумку — огромную, тяжёлую, набитую так, будто мы собирались не к ближайшей заставе, а основывать полевую больницу.

Я попыталась поднять.

Сумка не шелохнулась.

Матвей невозмутимо передал её Северину.

— Хозяйке нельзя тяжёлое.

— Хозяйка сама решает, что ей нельзя.

Дом за моей спиной громко скрипнул.

Северин поднял бровь.

Матвей сказал:

— Дом не согласен.

— Дом вмешивается в личные границы.

Из стены выполз маленький корень и аккуратно подтолкнул к моим ногам вторую сумку. Маленькую.

Я заглянула внутрь. Бинты, пара фляг, мох-стерильник, ножницы, сухие травы, стеклянная капсула.

— Ладно, — сказала я. — Дом учится компромиссам.

Перед выходом я зашла к Тимошу.

Мальчик не спал. Лежал бледный, но глаза были ясными.

— Вы уходите? — спросил он.

— Ненадолго.

Он попытался приподняться.