Книга Искатель, 2011 № 10, страница 87 – Анатолий Галкин, Сергей Саканский, Сергей Криворотов, и др.

— То есть вы поднялись на борт яхты, — сказал следователь, — сымитировали все атрибуты таинственного исчезновения, сделали в журнале последнюю загадочную запись, скопировав почерк Шурупова, а мобильник...

— Сбросила в море. Я думала, что Сергей уже мертв. Я сделала все, чтобы память о нем была незапятнанной.

— Вот так и появилась «Мария Целеста», — протянул Жаров, поймав себя на чувстве глубокого разочарования.

— Но он все же сделал это, — закончила Груздева.

— Ошибаетесь, — бодро возразил Пилипенко. — Он этого не делал. Шурупов Сергей Александрович вовсе не покончил с собой.

— Не хотите ли вы сказать, что это был какой-то несчастный случай? Случайное отравление? — Шурупова была явно возмущена.

— Нет, — сказал следователь.

— Так что же это было? — спросила Груздева.

— Убийство.

— Если он был убит, — сказала Шурупова, — то кем и как? Если знаете, то так и скажите.

— Я безусловно знаю. И непременно скажу. — Следователь обратился к Груздевой: — Объясните нам, пожалуйста, откуда вы взяли яд? Тот самый цианид, которым был отравлен Шурупов Сергей?

Он достал из обувной коробки флакончик и продемонстрировал его присутствующим.

— Это очень просто, — пожала плечами Груздева, — Я взяла яд у Сергея. Еще в Одессе. Я случайно обнаружила флакон в его вещах. Он не заметил. Ушел. Потом я позвонила ему и сказала, что вытащила яд.

— Зачем же вы его хранили? — спросил следователь. — Логично было бы уничтожить опасное зелье.

— Я и собиралась. Но Сергей умолял не делать этого. Он сказал, что сам тайком взял этот флакон у одного уважаемого человека. Если бы он... Если бы он использовал яд, то было бы уже все равно, а теперь, когда он передумал, надо незаметно вернуть флакон хозяину. Он попросил вернуть ему флакон. Поэтому мне и пришлось ехать поездом, хотя я предпочитаю летать.

Пилипенко задумчиво хмыкнул. Казалось, что он больше не слушает девушку, которая продолжала свои объяснения:

— Он уверял меня, что передумал. Мы договорились встретиться в Ялте и провести время, просто отдохнуть. Но с яхты он стал звонить мне и писать сообщения. Он опять решил сделать это!

Следователь будто очнулся, спросил:

— Каким же образом флакончик вновь оказался в вашем номере, а яд все же был использован и Шурупов отравлен?

— Он не мог быть в моем номере. Его забрала... Одна женщина... Я все поняла! Это она! Она подбросила мне флакончик.

Груздева вскочила и указала на Шурупову дрожащим пальцем.

— Я? Подбросила? — возмутилась та. — Вот интересно: как и когда?

— Не имею понятия. Я показала тебе флакон. Вместе с запиской Сергея, которую я вырвала из судового журнала. Ты ж сама настояла на том, что должна иметь эти вещи. Как законная жена. И забрала.

— Клевета и наглая ложь.

— Я христианка и всегда говорю правду.

— Но порой о чем-то умалчиваете, — мягко возразил Пилипенко. — Я одного не пойму, как же это можно проникнуть в гостиницу, пройти незамеченной, попасть в ваш номер? И подбросить флакон.

— То-то и оно! — вставила Шурупова.

Она развернулась на диване, усевшись вполоборота к Груздевой, почти спиной к ней.

Пилипенко задумался. Вдруг лицо его просияло. Он тихо щелкнул пальцами. Сказал бодро:

— А теперь позвольте представить вам еще одного человека. Лейтенант! Очередь за объектом номер два.