Книга Кровавые деньги, страница 168 – Фергюс Хьюм

Так обстояли дела в конце июня, когда Уэлдону нанес визит странный посетитель. Тот явился к парадной двери Бан-хауса с листком бумаги в руках, на котором было написано имя Александра Уэлдона, и открывшая ему горничная была так напугана его появлением, что тут же позвала не менее изумленную миссис Ботторт. Дородная дама с трудом поднялась по лестнице в комнату миссионера, сопровождаемая странным существом, и, задыхаясь, представила его:

— Простите, сэр, к вам пожаловала обезьяна, а я не люблю, когда такие заявляются в мой дом.

Уэлдон оторвался от своей статьи, взглянул на посетителя – и увидел скрюченное черное существо ростом менее четырех футов. Карлик! Ширина почти соответствовала длине, длинные руки, короткие ноги и огромная голова. Как потом определила его миссис Ботторт, «черный, как траурная повязка на шляпе». Он светился радостной улыбкой, обнажая свирепый ряд очень белых крепких зубов. Два верхних резца в середине были опилены в виде буквы «V» – миссионер знал, что это племенной знак. На черных щеках по три длинных шрама – тоже знаки принадлежности к племени. Вид у существа был гротескный: свободное пальто и широкие брюки, красная фуфайка, большие коричневые сапоги и широкополая фетровая шляпа. Скудная туземная одежда была бы тут более уместна, даже добавила бы визитеру изящества. Он был настолько черен, что миссис Ботторт приняла его за беса-кочегара из преисподней, а когда пришелец ухмыльнулся, содрогнулась от отвращения и страха.

— Господи, помилуй нас, – простонала миссис Ботторт, поскорее выходя из комнаты, – неужели это чудище убьет нас всех в наших постелях и предсказание Джемаймы, холера ее забери, сбудется?

Тем временем карлик, коснувшись груди, представился.

— Нгвам, – объявило существо, широко улыбаясь, отчего стало отвратительнее прежнего.

— То есть это ваше имя, – сказал Уэлдон по-английски, но, поскольку Нгвам его явно не понял, миссионер перешел на местный диалект.

Глаза карлика мгновенно загорелись от восторга, он издал вопль удовольствия, с удивительной быстротой двигая лопатками вверх-вниз, показывая, как его обрадовали звуки родной кудахчущей речи.

— Стоп! Стоп! – крикнул миссионер, продолжая говорить на туземном языке. – Скажите, что вам нужно, зачем вы ко мне пришли?

Нгвам уселся на пол, скрестил ноги и пустился в пространные объяснения, энергично жестикулируя пальцами и руками. Как выяснилось, он приехал в Англию вместе с Меркером в качестве образца туземца, чтобы во время лекций своего хозяина поражать публику, и, благодаря своему дикарскому виду, имел большой успех. Но Нгвам, как он охотно признался, был склонен к воровству, и Меркер часто порол его в надежде исцелить от этого недуга. Но ничто не помогало, порки участились, и в итоге Нгвам сбежал. Имея представление о миссионерских центрах в Лондоне, благодаря связи с исследователем, он такой центр разыскал. Тамошний работник, не понимая ломаного английского, на котором изъяснялся карлик, написал на клочке бумаги имя и адрес Уэлдона и отправил просителя к миссионеру.

— Только этого не хватало, – пробормотал про себя Уэлдон, выслушав бессвязную речь гостя. – Я ничем не могу помочь этому несчастному!

Затем, перейдя на африканское кудахтанье, он сказал странному карлику, что тому лучше вернуться к Меркеру и воздержаться от воровства, тогда его больше не будут бить.