Книга Рассказы, страница 698 – Тим Каррэн

— Ты гнилая куча дерьма, Рик.

— Джейни, я…

Но слушать она не стала.

— Ты ничем не отличаешься от остальных! Лживый, скользкий, бесполезный кусок ёбаного дерьма! Господи, я была достаточно тупой, чтобы поверить, будто ты другой, будто ты особенный, а на самом деле я просто была ёбаной дурой. В тебе нет ничего хорошего! Боже, как ты вообще мог так со мной поступить?

И что я мог сказать?

Я чувствовал себя настолько ничтожным, что мог бы спрятаться под камнем, даже не пригнувшись. Господи, Джейни была хорошей, особенной, а я её обосрал. Я был отбросом. Возможно, всегда им был, но только теперь понял это окончательно.

— Джейни, — сказал я. — Подожди. Просто подожди.

— Чего ждать?

Говорила она очень спокойно, полностью владея собой, и именно это было хуже всего.

— Чтобы ты сделал это снова? Нет, такого не будет. Я многое для тебя сделала, Рик. Такое, чего ты даже представить не способен — или не хочешь из-за своего чудовищного самомнения. Но теперь всё кончено.

Она отвернулась. Я попытался схватить её за руку — и будто ухватил что-то змеиное, мускулистое и дикое. Джейни резко развернулась, закричала и вцепилась ногтями мне в лицо.

— Убери от меня свои ёбаные руки! Никогда меня не трогай! Никогда больше не смей ко мне прикасаться!

Я отступил.

Мне и правда стало страшно.

Даже Микки больше не улыбалась. Она всё ещё стояла на коленях — голая, блестящая от пота, её внушительная грудь поднималась и опускалась в такт дыханию.

— А ты, — сказала ей Джейни, и в глазах у неё была кислота, — ты даже жить недостойна. Веселись, маленькая шлюшка, потому что тебе почти пришёл конец.

После этого она стремительно ушла, и мерзкая сценка наконец завершилась. Тут как раз вернулся Карл — в тот момент Микки натягивала одежду. Он посмотрел сначала на неё, потом на меня и расхохотался.

— В задницу ей засадил, Рик? Она это больше всего любит.

— Пошёл ты.

После всего этого обстановка, как нетрудно представить, стала несколько напряжённой. Но делать было нечего: нужно было двигаться дальше, найти безопасное место на ночь, а завтра, когда взойдёт полная луна, отдать Фигуре то, что она хотела, и облегчённо вздохнуть — впереди будет ещё целый месяц покоя.

Джейни, разумеется, перестала со мной разговаривать.

Однажды я поймал её взгляд и тут же отвёл глаза. Никогда прежде я не видел в них такой ненависти и злобы. Наконец я окончательно показал своё истинное лицо, и теперь она меня презирала.

Полностью.

Возможно, так было даже лучше. В глубине души я был разбит, но знал: Джейни заслуживает кого-то получше такого ничтожества, как я.

Теперь я переспал с обеими девушками. С Джейни — много раз.

Поверьте, это не была очередная зарубка на моём ремне.

Потому что где-то на задворках сознания всегда сидел страшный вопрос: что мне придётся сделать, если одна из них забеременеет? Если слухи правдивы, дети всегда становились такими же, как Дети, — и обычно сразу.

Чудовищами.

Иногда они рождались уже такими, буквально прожигали себе путь из материнского чрева и убивали женщину.

Мог ли я позволить Джейни так мучиться?

И, что ещё важнее, хватило бы у меня духу прикончить её, если это случится?

6

Ночь.

Мы укрылись в небольшом магазине спортивных товаров и стали ждать рассвета. Там нашлось немало полезного: спальные мешки, боеприпасы, армейские сухпайки, ботинки. Магазин успели обчистить, но не дочиста. Неплохое место, чтобы переждать темноту. Его было удобно оборонять, и стоял он в стороне от улицы. Если кто-нибудь или что-нибудь попробует к нам подобраться, в лунном свете мы прекрасно его увидим, а улица снаружи превратится в отличную зону обстрела.