Книга Запретная королева, страница 77 – Анна О’Брайен

— Что я пленница, – с обескураживающим самодовольством закончила за меня мадам Джоанна неловкую фразу.

— Генрих сказал, что вы сами выбрали тихую жизнь в уединении.

— При данных обстоятельствах я бы, наверное, так и сделала. – С легким moue^[26] она подняла свои пораженные артритом руки, а затем вновь осторожно положила их на колени. – Но у меня не было выбора. – Ее губы кривились в невеселой улыбке, а острый пронзительный взгляд требовал честного ответа. – И теперь вы, без сомнения, желаете узнать, почему мой пасынок держит меня под замком?

— Госпожа Уоринг сказала мне… – Я просто не могла произнести вслух столь ужасные слова.

— Что меня обвинили в колдовстве. – Мадам Джоанна нахмурилась, как будто эта горькая фраза причинила ей боль. – И это правда. Я осуждена. Вы верите этому?

— Не знаю. И не думаю, что в это верит Глостер. Или епископ Генрих. – Я не могла не обратить внимание на то, с какой любовью и почтением они оба относились к вдовствующей королеве.

— А я думаю, что и Генрих в это не верит, – сухо добавила мадам Джоанна. – Но ему понадобилась моя уязвимость.

И снова я от удивления не знала, что сказать.

— Но почему?

— Разумеется, чтобы он мог конфисковать доставшиеся мне после смерти мужа земли и доход.

Это откровенное объяснение меня поразило; но еще больше меня впечатлило то, как спокойно она об этом говорила.

— Для того чтобы продолжать войну с французами, Англии требовалось все золото, какое только можно было найти. И самым простым способом получить его было присвоить мою вдовью часть наследства. Но как наложить на нее руку? Да очень просто! И Генрих обвинил меня в том, что я хотела лишить его жизни с помощью некромантии.

— Но это же подло!

— Не могу с вами не согласиться. Но знаете что? Я так и не предстала перед судом. Меня незаконно осудили, а потом еще два года держали под стражей то в одном замке, то в другом…

Для меня это было уже слишком: я просто не могла этого постичь.

— Я не верю, что Генрих способен на такое.

— Как долго вы с ним живете? Неужели вы еще не поняли, что он может быть безжалостным? – Улыбка мадам Джоанны и ее вкрадчивый голос кололи не хуже острия отточенного меча. – Как вы думаете, откуда он взял деньги на недостающую часть вашего приданого?

Если прежде я была в ужасе, то теперь меня охватила паника – в это невозможно было поверить. Это было ошеломительное разоблачение, полностью уничтожавшее доставлявшие мне наслаждение иллюзии о том, как Генрих на самом деле ко мне относится.

Чтобы компенсировать недостающую часть моего приданого в золоте, Генрих обеспечил меня громадной, в моем представлении, суммой на расходы в сто тысяч марок^[27] золота ежегодно, а также подарил мне земли и поместья, особняки и замки, отведенные для моего личного пользования. Он позаботился о том, чтобы я не выглядела нищей просительницей, и тогда я восторгалась его щедростью и великодушием. А теперь узнала, что все было сделано за счет этой дамы с трагической судьбой!

— Мое наследство пошло в ход, а я буду находиться в заточении до тех пор, пока Генрих не решит меня освободить. – Мадам Джоанна скорбно опустила подбородок и снова слегка поморщилась от боли. – Не уверена, что смогу когда-нибудь его простить.

Я не нашла, что сказать, чтобы как-то смягчить свою вину и утешить мадам Джоанну. Ее положение было весьма прискорбным.