Книга Запретная королева, страница 75 – Анна О’Брайен

Ваша любящая жена,

Екатерина.

Наступила весна. На дорогах стали появляться путники – идущие по своим делам торговцы и странствующие пилигримы, собиравшиеся в группы ради безопасности. На рынке в Виндзоре толпились оживленные горожане, радовавшиеся возможности выйти из дома после долгой зимы. Я наблюдала за этим с крепостных стен, прислушивалась к крикам и музыке, красноречиво свидетельствовавшим о бурном кипении жизни за стенами замка; вместе с этим пришло назойливое желание действовать, не дававшее покоя моему сознанию, будто попавший в туфлю камешек.

На мое послание пришел ответ – и довольно скоро, потому что доставил его лорд Джон. Да! Наконец-то Генрих выпустит меня отсюда и позволит к нему присоединиться! В радостном предчувствии я сломала королевскую печать, рассыпав крошки воска по полу, и, сгорая от нетерпения, торопливо развернула письмо, занимавшее одну страницу.

Моей жене Екатерине.

Сейчас неподходящее время для путешествия во Францию. Крепость Мо пала, но разногласия между мной и вашим братом еще не улажены. Мне бы не хотелось, чтобы вы подвергали себя какой-либо опасности.

О нет! Я судорожно сглотнула, пытаясь подавить разочарование, охватившее меня, и стала читать дальше.

Думаю, вы тоже сочтете разумным оставаться в Англии до тех пор, пока я не решу, что ваш приезд сюда будет безопасным. Как вы понимаете, в первую очередь я забочусь о вашем благополучии. Когда наступит время и позволят обстоятельства, я пришлю к вам гонца.

Генрих.

Итак, он в первую очередь заботится о моем благополучии? Говорит, что пришлет ко мне гонца? Тогда почему же меня не покидает навязчивое ощущение, будто этого приглашения никогда не будет? Мое беспокойство сменилось яростью. И она разгоралась все сильнее, ведь я не виделась с Генрихом уже больше года; так долго, что мне приходилось прилагать немалые усилия, чтобы, закрыв глаза, вспомнить, как выглядит его лицо. Неужели я в конце концов забуду этот гордый взгляд, прямой нос, бескомпромиссный изгиб губ? Неужели мне понадобится портрет мужа, чтобы его облик не стерся из моей памяти окончательно?

«Ах, Генрих! Вы даже не назвали причину, почему я не должна этого делать, ограничившись словами неподходящее время. А когда оно будет подходящим?»

— Он сказал «нет».

— Я знаю.

— А чем он занят теперь? – спросила я у лорда Джона, оторвав взгляд от короткой записки с отказом, которую он мне привез. – Я думала, что Мо наконец запросил условия капитуляции.

— Да. Крепость взята.

— Но король Генрих все равно не желает меня видеть. Это ясно, и вы не можете этого отрицать, – продолжала я; заметив, что лорду Джону не удалось найти вразумительный и деликатный ответ, я постаралась не замечать выражения жалости на его лице. – Знаю, что его чувства ко мне… довольно прохладны. – Как же больно было признавать это публично! – Но я не могу согласиться с его доводами. Более того – я их не приемлю.

В военных действиях между враждующими сторонами наступило временное затишье. Если мой муж не может ко мне приехать, тогда я должна поехать к нему. Кроме того, мне казалось, что Генриху самое время наконец-то увидеть сына. А моему ребенку самое время отправиться в страну, которой он однажды будет править. И познакомиться с бабушкой и дедушкой Валуа.