Книга Квартира в Париже, страница 47 – Келли Боуэн

А чего гестапо не сможет найти, того не отнимет.

— Тесновато, знаю, но здесь вы в безопасности, – сообщила она летчику и зажгла небольшую керосиновую лампу.

Он, тяжело дыша, рухнул на кровать.

— Больны или ранены? – спросила она, наклоняясь и снимая с него шляпу.

Он махнул рукой в сторону левого бедра.

— Шрапнель попала. Никак не заживет.

— Можно взглянуть?

— Вы медсестра? – заколебался он.

— В настоящий момент я мастер на все руки. Берите что дают.

Летчик закрыл глаза и кивнул. Эстель ловко сняла с него пиджак. Нащупав в кармане документы, достала их и поднесла к свету.

Надо признать, сработаны на славу. Фальшивки по ту сторону бельгийской границы стряпает настоящий мастер. Голубоглазому дали имя Жана-Филипа Броссуа, уроженца Брюгге. И снимок на сей раз сделан в Бельгии, как положено, не чета той липе, которой снабжают своих летчиков ВВС союзники. Нацистов нынче провести не так-то просто.

— Откуда вы? – спросила она, откладывая в сторону документы и пиджак.

— Из Новой Шотландии, в Канаде.

Эстель осторожно вытянула из-под ремня подол рубашки и нахмурилась: весь в крови, и штанина тоже.

Задрав рубашку повыше, она обнаружила неумелую перевязку полосой ткани, обернутой вокруг бедер, уже насквозь пропитавшейся кровью на боку. Эстель расстегнула пояс брюк и сдвинула повязку в сторону.

— Боже.

— Что, совсем худо? – вскинулся было летчик, но она прижала его к постели, все еще хмурясь. О чем только Жером думает? Такая глубокая рана, кое-как заштопанная словно ребенком, местами швы разошлись, и открылось кровотечение. Вся штанина пропиталась кровью, и только благодаря темному цвету это не сильно бросалось в глаза. Скорее всего, повреждено несколько крупных сосудов, отходящих от паховой артерии. Без настоящего хирурга тут не обойтись.

— Просто кошмар.

— Видели бы вы самолет, – попытался отшутиться он.

— К путешествию вы не готовы. Отсюда до испанской границы добираться еще труднее.

И опять она удивилась, что же там случилось, из-за чего Жером все-таки решился на поездку с раненым пилотом. В последнее время они с Жеромом почти не виделись из-за его постоянных переездов из Франции в Бельгию и обратно, лишь изредка пересекались взглядом, как сегодня у вокзала. Каких-то объяснений ожидать, скорее всего, не стоит, но надо хотя бы передать своим, что ее новый постоялец еще долго будет не в состоянии двинуться дальше. Если вообще выживет.

Конечно, Эстель могла профессионально оказать первую помощь, но тут совсем тяжелый случай. Если такую рану не обработать как следует… неизбежно заражение или даже гангрена, если он еще раньше не истечет кровью.

— Вам что-нибудь объяснили перед посадкой на поезд до Парижа?

Он поморщился.

— Говорили, только я мало что понял, кажется, оставаться в Брюсселе стало опасно, и пришлось срочно оттуда выбираться. – Он взглянул на нее. – Сможете справиться?

— Сомневаюсь.

Она схватила чистое полотенце со стола, свернула прямоугольником и приложила к ране.

— Прижмите. Сильнее.

— На вас вся надежда, – взмолился он, хватаясь свободной рукой за край кровати. – Пожалуйста.

Эстель приняла решение и нырнула в дверь.

— Скоро вернусь. Потерпите.

— Куда вы?

Она остановилась.

— Не утруждайтесь. Ответа все равно не дождетесь. Где я и когда вернусь, вам знать незачем. Зато выдать не сможете. Так безопаснее. Ждите.