Книга Лотос Серебристый, страница 63 – Александра Хартманн

— Папа, прошу! — воскликнула обиженно Джи.

— Не волнуйтесь, месье Марэ, — тут же начал мистер Томпсон, — уверяю вас, что все приготовления к свадьбе будут выполнены, праздник будет достоин моей Джии.

Глаза сестры сияли от переполнявшего ее счастья. А я стиснула ткань платья у себя на груди. Джи выйдет замуж через неделю? И это означает, что уже через неделю она уедет? Покинет меня.

Незаметно отхожу в тень и неслышно поднимаюсь обратно в комнату. Опускаюсь на кровать и резко задергиваю полог. Хочется укрыться от всего мира, но тут же слышу слабый стук в дверь.

— Киара? — зовет Джи.

Я упрямо молчу, глотая слезы.

Она тихонько подходит и заглядывает ко мне.

— Ты все слышала? — тут же догадывается она, едва взглянув на мое лицо.

Я киваю, не в силах ответить. Кажется, если произнесу хоть одно слово, тут же разрыдаюсь, а я этого не хочу, не хочу, чтобы Джи расстраивалась в такой счастливый день.

— Киара, дорогая, — голос Джи дрожит от любви и волнения, — я тебя никогда не покину. Слышишь, никогда. Поехали со мной. Я уже сказала об этом Рою, и он охотно согласился. Рой тоже любит тебя, как родную сестру и волнуется о тебе, совсем как я.

Поднимаю взгляд на сестру. Нам многие говорили, что мы похожи, но все же в Джи было больше материнской мягкости и чуткости. Прижимаюсь к ней и прячу лицо у нее на плече.

— Ну что? — улыбается она, гладя по волосам. — Поедем в Нью-Йорк, Киара. Там ты сможешь стать счастливой, сможешь стать наконец-то независимой.

— Нет, Джи, не могу, — наконец отвечаю.

— Почему? Из-за Эдварда Фейна?

— Не только из-за него, — качаю головой, — мне не хочется оставлять отца, особенно сейчас, когда ему так тяжело. Он очень одинок, а теперь, когда ты уезжаешь, это одиночество особенно сильно отразиться на нем.

Джи грустно вздыхает. Несмотря на жесткость и тяжелый характер, мы любили нашего отца. Да, иногда он вел себя как самодур и приверженец жестких патриархальных традиций, но мы знали с сестрой, что он дорожит нами и боится потерять. По лицу Джи вижу, что она тоже хорошо это понимает.

— Пиши нам, когда приедешь в Нью-Йорк, — улыбаюсь ей.

— Ты должна пообещать мне, что будешь навещать меня так часто, как позволяет паромное сообщение между странами! — воскликнула сестра, и в ее глазах задрожали слезы.

Мы обнялись. Хотелось замереть и остаться в этом мгновении. Неужели уже совсем скоро моя Джи уедет далеко-далеко за море?

Дверь распахнулась и без стука вошел отец. Он остановил острый взгляд зеленых глаз на нас с сестрой, и на мгновение, на самую долю секунды, мне показалось, что отец подавил слезы.

— Ну, Джия, собирайся, поедете в столицу с Роем и моей охраной. Раз такая спешка пошла, надо купить обручальные кольца и подвенечное платье.

Я засмеялась от радости.

— Джи, я с тобой! Можно же, папа? — я остановила на нем взгляд, полный мольбы.

— Да, папа, пусть Киара поедет с нами, — попросила Джи, беря отца за руку, — я не смогу выбрать платье без ее совета.

— Да пусть едет, — пожал плечами отец, — и жениха своего пусть берет с собой.

Нависла пауза. Джи испуганно взглянула на меня, я же, казалось, перестала дышать.

— Что ты сейчас сказал, папа? — спросила вместо меня Джи. — Какого жениха?

Отец сложил руки на груди и сверкнул улыбкой, наблюдая за бурей чувств у меня на лице.