Книга Не говорите Альфреду, страница 53 – Нэнси Митфорд

Когда они закончили есть, то рассказали мне во всех подробностях, каким замечательным был Бэзил. Похоже, сотни британцев, многие из которых заплатили за поездку весьма внушительную сумму, оказались брошены на произвол судьбы в Порт-Вендресе. Бэзил буквально проложил путь сквозь толпу и, используя свою силу в сочетании со свободным владением языками, приподнимал, толкал, пропихивал и тащил людей и каким-то образом поместил всех в поезд, уже заполненный.

— А теперь остальные пассажиры этого поезда задыхаются на ужасном Северном вокзале, тогда как мы сидим в этом прекрасном саду.

— Хорошо организовано, – произнес пожилой мужчина с военной выправкой. – Он преуспеет на следующей войне… гений импровизации… великолепный лингвист… Вы можете им гордиться. Я не отказался бы от такого в Египте, в Западной пустыне. А сейчас он отправился за грузовиком, чтобы доставить нас на побережье. Какая инициативность! Мы все собираемся подписаться на памятный подарок ему, когда доберемся до дома.

— Вы, наверное, устали, – заметила я.

— Нет, – ответила жизнерадостная дама, похожая на сотрудницу Женской добровольной службы. – После такого отпуска, как мы провели, ночь-другая в поезде кажется пустяком. Да, со времени нашего отъезда миновало уже сорок восемь часов. Настоящее приключение!

— Я полагаю, в Испании вам было не слишком комфортно?

— За границу едешь не за комфортом, верно? Я всегда говорю, комфорта хватает и дома. Человеку хочется посмотреть, как живут иностранцы. Боже, с чем им приходится мириться! Одни туалетные приспособления чего стоят! Вы бы никогда не поверили!

— Извините, это что, барсучья нора?

— Вы правильно догадались! – воскликнула Норти, сияя и подмигивая мужчине, который вертел головой туда-сюда.

— Много ли барсуков в этой части Парижа?

— Я никогда не видела других, но возможно. А в ваших краях они водятся?

— Нет, только не на Кромвель-роуд. Я знаю их, смотрел передачу по телевизору. У вас живет горихвостка, это дивная птичка.

— Да, а по ночам летает сова. Но у нас нет телевидения.

— Досадно, – вздохнул британец. – Мы заметили, что за границей им не увлекаются. С другой стороны, когда у вас столько живности, телевизор и не нужен. Я свой только для этого и держу, для природы. Не знал, что в Париже так, не возражал бы и сам тут пожить.

Когда мы с Норти вернулись в дом, то встретили там Альфреда.

— Я вас искал. Кто все эти люди?

— Чудесные британцы, – ответила Норти.

— Попавшие в трудное положение из-за железнодорожной забастовки, – добавила я. Кажется, Альфред удовлетворился этим объяснением. – Как было в Лондоне?

— Беспокойно. Я расскажу тебе позднее – сейчас мне нужно идти в канцелярию. Мы обедаем дома? Слава богу…

Я велела Норти проследить, чтобы британцы благополучно отбыли, им дали бы с собой бутерброды и она попрощалась бы от моего имени с Бэзилом. Моей задачей сейчас было оградить Альфреда, который выглядел усталым, от вида его сына в таком одеянии.

Британцы немного вздремнули на траве. Потом принялись петь песни. Мы прослушали «Лили Марлен», «Полковника Боги» (только свист) и «Ближе, Господь, к Тебе». Пели они негромко, никому не мешая, легкий ветерок разносил их голоса по округе. Перед обедом я услышала женские голоса, бодро звучавшие уже со стороны авеню Габриель.