Онлайн книга «Светлый град на холме, или Кузнец»
|
— О чём ты говоришь, Сигурд! Что мы! Ребёнок скоро будет — вот заложник! Хубава тверда в своём желании и Ганна поддерживает её. Однако Ньорд отказал: «Хватит мне тут одного сонборгского мерзавца!» Но через сутки впустили лекарш. И я и все мы понимаем, что скоро на свет появится мой второй сын. Ровно одиннадцать месяцев со дня рождения Эйнара. Сигню предполагала позже. Но людей в этот мир приводят Высшие Силы, как и забирают. Я заставил себя не думать о том, что Ньорд мог сделать с Сигню. Уже то, что она жива, что она рядом, что я нашёл её, уже это внушает мне радость, какой моё больное сердце не знало полгода. Я отобью тебя, Сигню… Он тебя не тронет, иначе ему нечем будет торговаться со мной, успокаиваю я себя в тысячный раз. Я, все мы, ждём вестей из лагеря Ньорда. А пока, я ещё раз просмотрел записи о припасах, что были у нас, только чтобы хоть чем-то ещё занять мой ум, мучительно вертящийся вокруг Сигню. С припасами стало лучше. Деревни и сёла, что оставались целы, охотно снабжали нас, в надежде, что мы изгоним норвеев.. Я сидел за столом, поднял голову, чтобы посмотреть на Эйнара, занимавшегося с игрушками, которые смастерили ему умельцы ремесленники. И вдруг мой мальчик встал на ножки и сделал два ещё неуверенных шажка. Удивился этому и упал на попку. Снова встал и снова пошёл ко мне и опять упал, и опять встал всё больше и больше чувствуя уверенность в ногах… — Эйнар… — выдохнул я в восторге и умилении. Он улыбнулся происходящему преображению и, мне, наблюдавшему это: — Папа! И протянул ручки, шевеля пальчиками, будто подзывая меня и снова пошёл… Сигню, милая, почему я сейчас один?.. Эта боль уже знакома мне. И, хотя я уже умею управлять ею, она всё равно огромна и затопляет меня, накрывая с головой. И я кричу, не в силах сдержаться. Я услышал Сигнин крик и я понял, что он значит. Я бросился было из палатки, где меня держат, но меня отшвырнули обратно. — Пустите, ей надо помочь! — опять рванулся я. — Без тебя помогут, умник! Ещё раз дёрнесся — прибью. Убивать не велено, но бить разрешили, сколь хошь! — ухмыльнулся асбинский ратник. — На, лучше мёду выпей за здоровье дроттнинг и младенца, пусть Боги приведут им быть живыми. Он подал мне кружку. Я поднёс её ко рту и воспользовавшись тем, что он отворернулся, я оглушил его этой кружкой, и, разрубив его мечом стену палатки, выбрался наружу и побежал к палатке Ньорда, где так кричит Сигню… Я не пробежал и двадцати шагов, меня остановили, сбив с ног, набросились, и о камни и грязь обдирая моё лицо и тело, потащили назад. Но я увидел главное — я увидел как Хубава и Ганна входят в палатку Ньорда… Теперь пусть хоть прибьют, я спокоен, Сигню не одна… Второй сын Сигню родился в «рубашке», это счастливое предзнаменование. Для него ли только или для всех нас, не знаю. Я дала ребёнка Сигню, она плача прижала его к груди… — Ну-ну, касатка, всё справно, всё хорошо, — сказала я, обнимая её. — Как там… Эйнар? — прошептала она, головой приникая к моему плечу. — Хорошо всё, прекрасный мальчишка! С отцом на Советах сидит. К войску ходят. В кузню и то приносил его. Сигню зарыдала в голос, обнимая меня за шею и орошая мою шею горячими слезами. Я зашептала ей успокоительные слова, поглаживая разгорячённую голову, плечи, спину. |