Книга Беспощадная любовь (не) главного героя, страница 55 – Валентина Ладная

— Подросла, — говорит задумчиво. — Значит пора.

Мужчина командным голосом требует накормить свою лошадь, а еще раз придирчиво посмотрев на меня, принести еду и мне. Ем я жадно, глотая огромные куски мяса, которое ни разу в жизни не ела. Только кости обгладывала, полируя их до блеска. Запиваю сладковатым чаем. А когда меня сажают на лошадь, быстро засыпаю, разомлев после купания и сытной пищи.

В дороге мы находимся около трех дней.

За время нашего путешествия я усердно стараюсь произвести впечатление на отца. Ловлю каждое его слово, пытаюсь отвечать, чтобы не выглядеть глупой и неотесанной. Почему-то очень важно, чтобы он узнал меня получше. Я знаю, какая я внутри. И изо всех сил стараюсь показать себя настоящую. Правда мужчина говорит мало. Все больше интересуясь моим ошейником. Отвечаю как есть. Не юлю. Ошейник всегда при мне. Со слов старой карги, его назначение — удерживать мою сущность. Что за сущность такая, я не знаю. Сколько себя помню, он всегда был при мне. Я настолько сроднилась с ним, что и не замечаю вовсе.

К концу третьего дня мы въезжаем в небольшой город.

Еще издалека я чувствую отвратительный запах нечистот. И… темной магии.

Да, это единственная способность, которую я в себе наблюдала. Я по запаху определяю магию. Отец, кстати, пустой. В его теле нет ни капли силы. И ни у кого в доме мадам не было. Разве что у кузнеца — сила огня. Светлый и очень слабый очаг, которого хватало лишь на одну маленькую искру. А здесь, в этом городе… Не то что пахло… воняло магией, отчего мне хотелось заткнуть нос и вовсе не дышать.

— Жди здесь, — приказывает отец, привязывая коня во дворе низкого неприметного дома. Ноги от долгой поездки затекли. Я переминаюсь с носка на носок, заставляя бежать ленивую кровь. Отец заходит внутрь. С интересом разглядываю здания, гадая, для чего я здесь.

В моей голове рисуется картинка спокойной счастливой жизни, где я буду прислуживать отцу, вести быт. Ведь умею я многое. Меня не только били там, откуда он меня вытащил, меня заставляли работать. Я умею все. Все, что могло осилить мое тело. Поэтому не думаю, что мне будет сложно.

Замираю в предвкушении. Я больше не одна. Меня за три дня ни разу не обозвали, не ударили. Я ела вдоволь. Это так прекрасно — просто жить.

— Заходи, — вырывает меня из мыслей отец, отворяя передо мной дверь. Я несмело захожу. Темнота бьет по глазам. Я ничего не вижу, как вдруг за моей спиной захлопывается дверь. В отчаянии оборачиваюсь, чувствуя, как по ребрам с силой стучит сердце. Отца нет. Он остался снаружи. Рвусь обратно, обдирая костяшки, засаживая занозы о неровную деревянную поверхность.

— Откройте… папа! — кричу, срывая горло.

Меня обхватывают чьи-то руки. Тащат. Я сопротивляюсь. В нос ударяет сила. Темная магия. Ее так много. Она проникает под кожу, лишая воли.

— Угомонись. А еще лучше смирись, — зловеще рычит мужской голос.

Меня бросают на жесткий тюфяк. Я забиваюсь в угол, с ужасом разглядывая страшного мужчину. Его огромная фигура заполоняет все пространство небольшой комнаты.

Меня бьет дрожь. Зачем я здесь… что ему нужно?

— Ты знаешь, зачем ты здесь? — присаживаясь на корточки, спрашивает мужчина, ласково убирая с лица мои вьющиеся волосы.

Мотаю головой.

— Бедная овечка, — мужчина пальцем цепляет мой ошейник. — Давай снимем с тебя эту штуковину. И посмотрим твой резерв. Говорят, ты долго копила? Сколько сейчас? Восемнадцать? Двадцать?