Книга Беспощадная любовь (не) главного героя, страница 56 – Валентина Ладная

От страха не могу вымолвить ни слова. Под руками мужчины щелкает магический замок, высвобождая мою шею. В моем теле что-то меняется. Кровь ускоряется, словно до этого она еле ползла… В голове проясняется… я вижу так отчетливо, точно комнату озаряет яркое солнце. Разглядываю мужчину… его светлые волосы, бороду и шрам на щеке. Одежда на нем странная. Богатая. Никогда раньше такой не видела. Пальцы усеяны блестящими перстнями. На груди висит огромных размеров медальон.

— Ну вот и отлично… — поднимается мужчина, — откладывая ошейник на невысокий стол, стоящий у окна. — Ты чувствуешь в себе силу?

Неуверенно киваю, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Я слишком долго ждал твоего взросления. А теперь, когда пришло время… ты отдашь мне все. Без остатка. Потерпи. Будет больно… зато потом ты спокойно уйдешь к духам. Туда, куда я много лет назад отправил твою мать. Я позабочусь, чтобы это было быстро, — скалится мужчина, приближаясь. В его движениях нет мягкости. Глаза горят, пока он не торопясь расстегивает на штанах кожаный ремень.

То, что происходит дальше, в воспоминаниях или наяву, я не просто не воспринимаю физически — я психологически выдержать не могу! Мой мозг все видит, фиксирует. Тело чувствует. Но я сгораю в агонии боли и ужаса. И не хочу. Не желаю все это испытывать на себе. За гранью меня. За гранью моего мира. Моих устоев.

Отчего Оливия стала такой, какая она есть. Что с ней творил этот человек. А потом остальные после него…

— Останови это! — кричу отчаянно. И это срабатывает. Я обнаруживаю себя в той же пещере. На суше.

— Прочь, — усиливаю звук. Мой голос разносится эхом по влажным стенам. И умирает в темной ледяной воде. Но у меня получается изгнать из себя нечто, что заставляет меня вспоминать и чувствовать то, что чувствовала она.

Из меня вырывается свет. Белоснежный. Яркий. Тело выгибается дугой. И влияние существа исчезает.

Горло сдавливает рвотный позыв. Голова гудит. Я кашляю, словно меня душили.

— Кто ты? — звучит растерянный, наполненный настоящим ужасом, уже знакомый голос в голове. — Ты не она!

Какая новость. Я не Оливия. Но теперь я знаю, что она была такой же, как я. И если бы не та собачья жизнь, в которой ей пришлось взрослеть, существовать… ничего этого бы не было. Что это за мир такой, где столько боли, столько страданий?

— Где Раднор? — восстанавливаю дыхание. Мой голос звучит уже тверже. Боль от воспоминаний уходит. И если бы не отголоски ее чувств, я бы подумала, что это всего лишь сон. Но увы. Тело не врет. Оно помнит каждую ссадину, каждую рану, что до сих пор зудит у меня под кожей… Мои мысли и воспоминания Оливии смешались… и я теперь не знаю, где заканчивается она и начинаюсь я.

— Отпусти его! — требую. Он мой единственный шанс выбраться из этого места целой и невредимой.

Прозрачное существо отрицательно трясет головой. И вдруг я вижу уже наличие у него глаз — водянистых, бесцветных, нос и искаженный рот. Кто же он такой?

— Я требую отпустить его, — говорю уверенно, и как по волшебству из моего тела, видимо для наглядности, вновь вырывается сила, которая буквально припечатывает нечто к каменному полу. Как лепешку сплющивает. Существо кричит. Дергается.

— Отпусти, — булькает. — Ты не она. Ты…

— Баш на баш… — сама шиплю змеей, стискивая зубы. Тело сводит от напряжения.