Книга Ключ к Эверленду. Хроники Вигора, страница 45 – Юлия Васильева

— Ваш знакомый? Откуда вам его знать?

— Видите ли, Эжени, это он платит мне за реликвии.

Наверняка она уже знает, что я что-то вынюхиваю в Вигоре, и, выдав такую информацию, я получу ещё одно очко доверия, ничем не жертвуя.

Эжени думает. Я не тороплю её, надеясь, что девушка прояснит ситуацию. Похоже, ей нужно время для откровения. Но она снова меня удивляет.

— Этот ключ принадлежит моему отцу, мадемуазель Русс, — смело объявляет Ле-Клерк.

Я отодвигаю ворот платья, который в мгновение кажется слишком давящим. Эжени внимательно наблюдает за моей реакцией. Ко мне стрелой приходит мысль, что вот она: девушка, которая расскажет мне всё о городе. Думаю, что мой покровитель не случайно отправил меня сюда. Даже если Эжени могла не оказаться на месте, я в любом случае обнаружила бы следы её пребывания и выяснила, кто их оставил. Значит ли это, что ей можно верить?

— Значит, смею думать, ваш отец хотел этого разговора, — начинаю очередной танец по минному полю.

— Вероятно, хотел. — Девушка продолжает всматриваться в меня своими рыбьими глазами.

— Что ж, тогда меняю правду на правду, согласны?

— Ты можешь обращаться ко мне без официоза, — снисходит Эжени. — Отцу я верю безоговорочно. Из-за него ты здесь?

Я киваю. В конце концов, пострадают его интересы, не мои.

— Для чего ты приехала сюда, Лия? — взгляд бесцветных глаз фокусируется на моём лице.

— Я ищу некоторые абстрактные вещи, — раздражённо выпаливаю я.

— Я не знаю ни что это, ни каковы его характеристики, это буквально "пойди туда, не знаю куда, принеси мне то, не знаю что!"

Видимо, я носила в себе это слишком долго, но почему доверилась именно Эжени? Её образ кажется мне настолько безобидным? Думаю, что так, ведь я совсем не планировала откровенничать. И всё же вижу на её лице самое настоящее сочувствие. Ко мне или к отцу?

— Ох, мне жаль! Но поверь, отец не стал бы секретничать просто так.

— Почему он не живёт в Вигоре?

Эжени поджимает губы, я ожидаю, что начнутся новые недомолвки, но решение девушка принимает на зависть быстро.

— Он уехал из-за мамы. Когда я родилась, они не были в браке.

Наклоняюсь ближе к девице, не допуская даже намёка на то, чтобы сорваться с этой беседы.

— Он хороший человек, Лия. Расскажи мне всё, что он сказал, и я постараюсь помочь.

Я откидываюсь в кресло, рассуждая, давить на девушку или нет. Их семейные драмы мне безразличны, но тайны королевы города кажутся мне значимыми в моём расследовании.

— Почему Ле-Клерк? Монархия — атавизм, но у вас она скорее... м-м-м... религиозная?

— Всё так, — с готовностью подтверждает наследница рода. — Власть передаётся от матери к дочери со светлой головой.

— Имеется в виду какой-то обряд?

— Вовсе нет. Править должна блондинка, — совершенно серьёзно вещает Эжени.

Но это же сюр! Нельзя выбрать цвет волос младенца, нельзя выбрать пол. Что за цирк у них творится? Видимо, эмоции слишком красочно отражены на моём лице, и блондинка продолжает:

— У местных есть поверье, что Ле-Клерк — посланники бога. Дела Вигора до тех пор в порядке, пока во главе стоит светловолосая женщина Ле-Клерк. Предвестники надвигающейся беды — это рождение сыновей Ле-Клерк либо рождение детей с тёмными волосами.

— И ты веришь в это? — я не могу удержаться от вопроса.