Книга Графство Дюбуа, страница 34 – Ольга Которова

— Какой ужас! – Оля поморщилась. О добавлении в краску крови при написании портретов она слышала, но вот кусок кожи и ноготь – уже перебор. – Только не говорите, что есть портрет и с вашей кровью! – воскликнула, во все глаза глядя на Захара. Уголки рта мужчины приподнялись в подобии улыбки.

— Нет, моего портрета нет. Я не кровный потомок семейства Дюбуа и, слава богу, не удостоен «величайшей чести».

— А кто вообще придумал эту традицию? Разве такое нормально?

— На этот вопрос не отвечу. Ни разу не интересовался. Августа говорила, что мои родители рано умерли? – Оля кивнула. – Так вот, в детстве отец рассказывал мне сказки о доме, живущем своей жизнью. Он умеет дышать и у него есть сердце, в нем заперты привидения и никто никогда не видел хозяев, – последние слова мужчина произнес чуть слышно, и по коже девушки пробежали мурашки. Внезапно Захар рассмеялся. – Оля, чего вы так испугались? Наверное, лучше не вспоминать эту историю на сон грядущий.

Девушка покачала головой. Как бы ни было страшно, она уже заинтересовалась.

— Нет, говорите, – Оля обняла себя за плечи, чтобы успокоиться. В отличие от нее, собеседник сидел в расслабленной позе.

— На самом деле, это обычная страшилка отца. Он не любил поместье Дюбуа и, насколько мне известно, даже не привез сюда мою мать для знакомства с графиней. Мол, здесь ей нечего делать. И когда я просил у него сказку, всегда рассказывал о графстве Дюбуа, доме, кормящемся человеческими жизнями. Наверное, чтобы я сюда не ездил. Отец, слыша о доме, неизменно вздрагивал. Говорил – это очень плохое место, и переступивший его порог уже не выберется. Дом не отпустит, будет питаться страхами, а потом придет хранитель и замурует в стену.

Услышав последнюю фразу, Оля вздрогнула и покрылась мурашками. Ее дыхание перехватило. «Замурует в стену», – крутилось у нее в голове, словно на перемотке. Тут же вспомнился сон, в котором неизвестный мужчина закладывал кирпичами живую девушку.

— И вы в это верите? – прошептала она.

— Верю во что? В то, что дом живой?

— Да, – Оля кивнула.

— Конечно не верю! Я сюда приезжаю постоянно и свободно потом уезжаю. Как видите, еще жив, и никто не пытается меня никуда замуровать. Наоборот, эти стены дают мне силы, и я могу работать сутками напролет. Только приезжая в графство чувствую себя живым, как бы странно такое ни звучало. А что касается сказки… Это просто выдумка отца, желающего напугать меня. Я уже упоминал, они не ладили с графиней. И я его понимаю: у старушки отвратительный характер. Странно, что с вами она ведет себя по-другому.

Но Оля даже и задумываться не хотела о том, почему Августа выделяет ее из всех. Мысли занимал услышанный рассказ.

— Вы в самом начале говорили, что все вещи остались со времен предков графини. Но посмотрите на их идеальное состояние. Как им удается так хорошо сохраняться?

Захар тяжело вздохнул.

— Оля, не принимайте мои слова близко к сердцу. Графиня всегда тратила немало денег на поддержание вещей в идеальном состоянии. И вообще, кажется, мы беседуем не том. Лучше скажите, вы уже были в моей лаборатории?

— Нет.

— А хотите?

— Думаю, это неуместно.

— А, – отмахнулся Захар, – прекратите. Ничего неуместного. Пойдемте, познакомлю вас со своими подопечными.

Оля, конечно, лучше бы поговорила еще о доме и графине, но, если настаивать, то Захар поймет ее неправильно. Так что нужно на самом деле закрыть эту тему. Но только на время, до следующего удобного момента.