Книга Слова Королей и Пророков, страница 39 – Шона Лоулес

— Путь из Мита далек и опасен. Надеюсь, она будет под надежной защитой.

Бриан настороженно взглянул на меня:

— Я отправлю к ней по меньшей мере пять десятков отборных воинов.

Я понятия не имела, отчего он так носился с этой девчонкой, но она, похоже, очаровала его так, как удавалось редкой дочери. Впрочем, нет. Харальд, пожалуй, тоже любил своих дочерей. Он ведь постоянно обнимал и целовал своих девочек, позволяя им залезать к нему на плечи и дергать его за бороду без единого замечания. Однажды он даже подарил каждой из них по обручу: как же над ним из-за этого насмехались другие дублинцы! Я невольно улыбнулась, вспомнив, что Харальд пропустил их шутки мимо ушей и поклялся в следующий раз подарить девочкам по два обруча вместо одного.

— С нетерпением жду встречи с Бейвин, – ответила я, улыбаясь еще обворожительнее. – Ей очень повезло, что у нее столь заботливый отец. Немногие правители готовы послать отборных воинов лишь затем, чтобы привезти дочь погостить.

Бриан хмыкнул, и я почувствовала, что его внимание от меня ускользает. Я никак не могла понять, в чем дело: либо я сказала слишком невнятный комплимент, либо он и вовсе разглядел в моих словах критику.

— Так способен поступить только очень добрый человек, – продолжала я. – Жаль, что мой отец не делал для меня ничего подобного.

— Он плохо с тобой обращался?

— Не уделял внимания. Не хочу жаловаться, но он… – Бриан подвинулся в кресле, устремив взгляд к дверям чертогов, где стояли Лукреция и ее дочери, и я пробормотала: – Впрочем, не важно.

Поносить отца дальше было ни к чему: моя душераздирающая история не представляла для мужа ни малейшего интереса. Нужно было поскорее сменить тему. Раз у меня не получилось заслужить его сострадание, возможно, получится найти иной путь к его сердцу.

Я откинулась на спинку кресла и призадумалась, какие же слова способны вновь привлечь его внимание. Проклятье, и с каких таких пор завоевать интерес мужчины стало так сложно? Обычно они стелились у моих ног. Даже Олафу хватало совести прислушиваться к моим речам. Меня бы устроила и перебранка с Брианом – по крайней мере, тогда я бы сумела лучше понять человека, за которого вышла замуж.

— Королева Гормлат! – В зал зашел манстерский воин, на щеках которого играл румянец. – Вас желает видеть гость из Дублина. Он назвался Фальком.

Бриан повернулся ко мне:

— Твой приятель?

Я кивнула:

— Прикажи воинам его пропустить.

Я не знала, о чем и думать. Зачем Фальк явился в Киллало? Быть может, что-то случилось с Ситриком? Гилла, старший сын его единокровного брата Глуниарна, не питал к моему сыну особой любви, но я сомневалась, что он уже успел залечить тяжелую рану, полученную в битве при Гленмаме, и попытался воспользоваться правом на престол. Я не сводила глаз с дверей тронного зала в ожидании старого друга.

Я узнала Фалька, как только заслышала шаги – могучую поступь, за которой манстерские стражники могли угнаться, лишь перейдя на бег, – и сопровождавший их звон наручных обручей. Фальк прошествовал мимо воинов, стороживших вход в чертоги, и те устремили на Бриана нерешительные взгляды. Судя по выражениям их лиц, до сей поры ни один викинг не пересекал порог тронного зала Бриана Бору. Оха преградил Фальку дорогу и протянул руки. Тот медленно снял с себя топор, меч, кинжал и сакс^[3], а затем вложил звенящее оружие в руки Охи.