Книга Отверженный, страница 108 – Алексис Опсокополос

— А можно вопрос? — спросил я.

— Задавай, — ответил Андрей Николаевич.

— А что значит: эмпаты долго не задерживаются?

— Да ты не бойся, просто, обычно это выявляется на третьем или четвёртом курсе, и ребята сразу уходят в более узкоспециализированные заведения, где могут научиться большему. А вот чтобы эмпат на подготовительном — такого на моей памяти ещё не было. Но в любом случае Анне Алексеевне решать, что с тобой делать. Если вопросов больше нет, то иди отдыхай.

— Есть вопросы. Два ещё. Можно?

Куратор кивнул.

— А что такое неконтролируемое взаимодействие с Силой?

— Это когда маг призывает Силу, а справиться с её поддержкой не может. Что, собственно, сегодня у тебя и произошло. Не злоупотребляй этим делом.

— Постараюсь. Я ведь даже и не знал, что такое бывает.

— Теперь знай! Что ещё хотел спросить?

— Мне имеет смысл дальше скрывать, что я уник? Ведь все видели, что произошло.

— А что произошло? Выглядело, будто ты пытался наложить заклятие и не смог с ним справиться. Решай сам, а нам с Ярославом Васильевичем запрещено об этом кому-либо рассказывать. Разумеется, кроме ректора.

— Тогда, с вашего разрешения, я останусь для всех магом воды.

— Грамотное решение! — похвалил меня Игнатьев.

Преподаватели тут же принялись обсуждать результаты остальных поединков, а я отправился в общежитие.

Дворянская и Государственная Думы Российской Федерации собрались на совместное заседание, чтобы заслушать обращение кесаря. Большой зал парламента был забит до отказа. Аристократы из Дворянской думы и депутаты из Государственной заняли свои места и с минуты на минуту ожидали появление кесаря.

Александр Петрович прибыл в здание парламента задолго до своего выхода на трибуну. В кабинете своего представителя в Дворянской Думе кесарь обсудил предстоящее выступление с помощниками, внёс в текст некоторые поправки и отправился зачитывать обращение.

Кесарь шагал длинными думскими коридорами и пытался настроиться на предстоящее выступление, морально к нему подготовиться. Он понимал, от того, как находящиеся в Большом зале люди, эльфы и орки воспримут его речь, будет зависеть не только его будущее, но и судьба всей России. Александр Петрович планировал выступить со столь важным обращением на осенней сессии парламента, но события последних дней вынудили его сделать это немедленно.

Романов вошёл в Большой зал, все присутствующие в нём сразу же затихли. Воцарилась полнейшая тишина, которую нарушил Председатель Государственной Думы, формально проводивший заседание.

— Кесарь Российской Федерации Александр Петрович Романов! — торжественно объявил председатель, большинство присутствующих в зале зааплодировали, а Александр Петрович подошёл к трибуне для выступающих и оглядел зал.

Впереди сидели представители Дворянской Думы: слева по традиции эльфы, по центру люди, справа орки. За ними расположились представители Государственной Думы. Среди депутатов можно было наблюдать некоторое смешение представителей разных рас. Но до какого-либо единства было далеко. Это сразу же бросалось в глаза и очень огорчало кесаря. Александр Петрович понимал: шансов что-то исправить в ближайшее время в области межрасовых отношений было немного. А вопрос, который Романов собирался поднять перед собравшимися, требовал единства.