Книга Отверженный, страница 106 – Алексис Опсокополос

Я мобилизовал все свои внутренние ресурсы, призвал Силу и попытался преодолеть заклятие притяжения земли. И оно дрогнуло, стало потихоньку ослабевать. Мне показалось, что ещё немного, и я смогу сорваться с места. Конечно, это было не так. Я с трудом передвинул правую ногу на несколько сантиметров. Но это было начало. Затем сдвинул левую, опять правую. Каждый шажок давался легче предыдущего.

Песчаный вихрь лупил по мне тысячами раскалённых песчинок, но я делал шаг за шагом, медленно, но верно. Артём заметил это и на всякий случай поставил защиту. Но меня это не смутило, я собирался пробиться сквозь неё и схватить противника за горло. Я даже заранее представил, как мои пальцы сожмутся на его шее, это дало дополнительные силы и мотивацию. Представил ярко и в деталях, и это ещё сильнее всколыхнуло во мне желание убить противника. Жажда его крови была запредельной. Я уже мало себя контролировал, Сила превратила меня в настоящего бойца.

Я сделал очередной небольшой шаг и вытянул руки в направлении Артёма, ещё раз представил, как схвачу его за горло и буду душить. И в этот момент защита противника развалилась, а сам он сделал шаг назад. И я почувствовал испуг. Даже не испуг, а сильный животный страх. Артём упал и схватился за шею. Он лежал на полу арены и трясся.

Неожиданно у меня возле левого уха раздался громкий хлопок, левую щёку обожгло, меня обдало жаром и отбросило метра на три в сторону. И сразу же обдало ледяной водой, словно из брандспойта. Разумеется, весь мой боевой настрой сразу же слетел, а с ним и концентрация. Обгоревший и мокрый, я встал на ноги. Над Артёмом уже склонилась лекарка. Все остальные, кто был на арене, смотрели на меня — и одногруппники, и преподаватели.

— Что это было? — с нескрываемым испугом спросил в возникшей тишине Мирослав, парнишка которому ещё предстояло выйти на арену.

— Похоже на импульсивное неконтролируемое взаимодействие с Силой, — ответил куратор. — Такое иногда бывает. Ничего страшного.

И тут ко мне бросилась Мила. Моя девушка, совершенно не обращая, в каком я состоянии бросилась мне на шею и закричала:

— С победой! Я знала, что ты выиграешь этот бой!

Мила говорила что-то ещё, а у меня не было сил не то что ответить ей, а даже слушать. Навалилась дикая усталость, будто из меня выжали все соки, пропустив через гигантскую соковыжималку. Казалось, я вот-вот упаду. Это заметил и подошедший рефери. Ярослав Васильевич официально объявил меня победителем боя и тут же, взяв под локоть, помог покинуть арену.

— После занятий не уходи, — сказал он, помогая мне присесть. — Надо поговорить.

Я кивнул, отвечать сил не было. Преподаватель ушёл, подбежала Мила, но в этот раз она просто села рядом и подставила мне плечо, чтобы я не упал. Минут через десять пришла лекарка, которая привела уже в порядок Артёма. Со мной она провозилась совсем недолго, буквально две минуты — сняла ожог с лица и вдохнула немного сил, чтобы я мог ходить и разговаривать. Особо у меня повреждений не было. Огненные песчинки жалили больно, но следов не оставляли.

Когда лекарка ушла, я спросил у Милы:

— Расскажи хоть, что было? Почему я мокрый?

— А ты что, ничего не помнишь? — удивилась девушка.

— Я только одно помню — хотел выиграть.

— Ты каким-то образом на расстоянии стал душить Артёма. Причём сильно. Преподы испугались и лупанули по тебе заклятиями, чтобы концентрацию сбить. Один файербол метнул, а второй водяную струю. Но ты молодец. Это было круто!